— Катя, успокойся. Я же тебе по поводу наших отношений с Полиной уже все объяснил. И мне показалось, что ты меня поняла… Ведь если Полина ушла от Бориса, значит, ей действительно тяжело!

— Ну да… ей тяжело… Ты только о ней и думаешь! А меня ты спросил, хочу ли я иметь мачеху?!

— Но… об этом пока даже речь не идет… — Буравин был не готов к такому разговору.

— Вот именно: пока! Не считай меня идиоткой, папа! Я прекрасно разбираюсь в жизни! И вижу, что ты собираешься разрушить нашу семью.

— Катя, у нас давно нет никакой семьи…

— Нет, есть! Я не знаю, что ты под этим подразумеваешь, но для меня семья — это мама, папа, дом… Мне это нужно!

— Ты хочешь сохранить видимость семьи. Это утопия, Катя. Мы не сможем быть счастливы.

Сможем! Я этого хочу! А если ты все же решишь уйти — то между нами все кончено! Я понимаю, что вы с Полиной много лет мучились, страдали… Мне вас очень жаль… Но почему теперь из-за вас должна страдать я?! Почему теперь должна срываться моя свадьба?! Или тебя совершенно не волнует счастье собственной дочери? Я не шучу, папа. Я говорю серьезно. Если ты уйдешь к Полине, то я тебя больше знать не хочу!

— Даже так?

— Да. Выбирай. Или она — или я!

— Все сказала? — жестко спросил отец.

— Да… — растерялась Катя.

— А теперь послушай меня. Я твой отец. Я вдвое старше тебя. И на этом основании требую уважения к своим словам и поступкам. И заруби себе на носу: шантажировать меня бесполезно. Я буду делать так, как считаю нужным. Так и передай своей маме.

— А при чем здесь мама?! У меня есть собственное мнение!

— То-то я слышу знакомые нотки! — усмехнулся Буравин. — Я прекрасно знаю, что она тебя накручивает. Ты с ее голоса поешь, девочка…

— Нет, папа! Я сама…

— Да. Теперь ты будешь решать сама. Обдуманно и взвешенно. Если, конечно, ТЫ хочешь оставаться моей дочерью…

— Ты меня не так понял, папа…

— Я правильно тебя понял. Прекрати лезть в мои дела. И займись лучше своими. У вас с Лешей скоро свадьба. Как ты понимаешь, объединить ее с серебряным юбилеем Самойловых у вас не получится.

— Да… Полина Константиновна расстроила все наши планы…

— Значит, теперь вам надо заняться этим самостоятельно.

— Но, папа… Сами мы не справимся…

— Еще как справитесь! Составь список гостей, закажи ресторан, подумай, как вы это хотите организовать и сколько это будет стоить…

— Я думаю, достаточно дорого…

— Я тоже так думаю. И впредь прошу тебя учесть, что твою шикарную жизнь и королевские свадьбы, кроме меня, финансировать некому… А я могу этого и не делать…

Вот такого поворота событий Катя совсем не ожидала.

Таисия в это время как бы случайно столкнулась с Самойловым у его дома. Он уже садился в машину, когда она его окликнула:

— Боря! Подожди!

— Здравствуй, Таисия. Что ты тут делаешь?

— Тебя жду. Нам надо поговорить. Я все знаю. И мы с тобой должны с этим что-то делать. Боря, мы с тобой оказались в одинаковой ситуации. От меня ушел муж, а от тебя жена… И боюсь, что сделали они это для того, чтобы жить вместе.

— Быстро же у нас в городе распространяются сплетни!

— Это не сплетня. Это правда. К сожалению… Не знаю, как ты собираешься вести себя, а я не намерена прощать!

— Я тоже.

Вот и третий, кто поможет Таисии отомстить.

— Они нас предали, Боря! И я знаю, как надо их побольнее ударить. Так, чтобы было выгодно и тебе, и мне.

— Я тебя не понимаю. Объясни, что ты имеешь в виду.

— Я хочу отомстить Виктору. Он сломал мою жизнь. А я сломаю его!

— Что ты задумала, Таисия?

— Я хочу лишить Буравина дела его жизни.

— Интересно, как ты собираешься это сделать?

— Тебе интересно? Все очень просто, Боря. Думаешь, я буду спокойно смотреть, как мой богатый и успешный муж все бросит к ногам своей новой, вернее, пардон, старой… пассии?! Не-ет, дорогой!

Я не такая дура! И ты прекрасно знаешь, что это я сделала его тем, кем он теперь стал! Это я работала, чтобы Витенька мог учиться! Я сидела с ребенком, обеспечивала ему тыл, организовывала уют. Он когда-нибудь думал о чем-нибудь, кроме работы? Это я растила Катю, строила дом, делала ремонт, стирала ему рубашки, варила обеды! Он все получал на блюдечке!

— Я знаю, ты прекрасная хозяйка, — подтвердил Самойлов. — Я порой даже завидовал Витьке…

— Еще бы! Я оградила его ото всего, что он считал слишком мелким для его высоких целей! И что получилось?! Теперь мы не пара? Я ему теперь не ровня? Он крупный судовладелец, а я обычная домохозяйка?! Так?! Ты тоже так думаешь, Боря? А теперь Полина хочет прийти на все готовое?! И перечеркнуть все, ради чего я положила свою жизнь?! Нет, Боря! Я этого не допущу!