— Я думаю, родители будут. Наша свадьба для них все же большое событие…

— Ладно. Обещай, что поговоришь с обоими, — потребовала Катя, и Леша кивнул.

Затем Катя достала из сумочки листок.

— Вот список гостей. Вот примерное меню… Да, еще оркестр, цветы, шарики…

— Может, все-таки лучше по-семейному? Мы с тобой, родители, Костя, твоя подружка, мой друг… — Леше не по душе была вся эта помпа.

Но Катя не согласилась:

— Ты представляешь, что будет, если наши предки окажутся за столом тет-а-тет?! Нет уж! Лучше никакой свадьбы, чем такая!

— Пожалуй, ты права… Только друг мой сейчас в море. Надо подождать, пока он вернется, — попросил Леша, вспомнив о Женьке.

Катя взвилась:

— Подождать?! Мы с тобой и так слишком долго ждали! Поженимся без него.

— Нет. Это мое условие. Женька — мой лучший друг. И я никогда не прощу себе, если его не будет на свадьбе, — твердо сказал Леша.

Катя нехотя сдалась, понимая, что Лешу не переубедить.

— Ладно, дождемся твоего Женьку. Тем более дел у нас еще выше крыши…

В гостиную из своей комнаты зашел Костя и одарил их ехидной ухмылкой.

— Привет. К свадьбе готовитесь?

— Да, Костя. Эта свадьба — такая морока… Дел тут невпроворот, — кивнул Леша, изучая список.

Костя сел в кресло рядом с ними:

— Может, вам помочь?

Катя одарила его испепеляющим взглядом:

— Не лезь, куда не просят! Мы и без тебя прекрасно справимся!

Костя спокойно выдержал ее натиск:

— Ну я же из лучших побуждений. По-родственному… Лешка еще плохо ходит, а ты ему уже поручений надавала.

— Не твое дело. Он мой жених! — огрызнулась Катя.

— А мой брат. И я вполне могу сбегать куда-то вместо него, договориться, подготовить. Мне не трудно, — предложил Костя.

— Большое спасибо, но мы уж как-нибудь без тебя справимся, — ехидно прищурилась Катя.

Леша попытался их примирить:

— Катя, перестань. Костя правда нам хочет помочь. Спасибо, братишка. Я буду очень рад.

Костя по-деловому взял список:

— Слышала? Мой брат не против, — свысока бросил он Кате. — Так… что тут у нас? Ну нет, Катя! Ты где цветы собираешься заказывать? В оранжерее?!

— Да. А что? — от неожиданности перестала злиться Катя.

— Нет. Надо найти в Одессе настоящего флориста… Букеты должен составлять профессионал… Так, этот пункт я беру на себя, — заявил Костя.

Леша увидел, что деловые отношения снимают напряжение, и сказал:

— Я так рад, что мы перестали ссориться…

— Ладно. Забыли… — великодушным жестом отмахнулся брат, погружаясь в список.

У него, правда, были свои планы, но для их осуществления необходимо было быть в курсе происходящих событий.

Буравин узнал от Кати, что Полина ушла от Самойлова, и решил, что она это сделала для него. У него даже дух перехватило. Неужели она любит его и приняла решение жить вместе с ним?

Окрыленный своими предположениями, Буравин мчался в машине к Полине, он был взволнован и надеялся, что у них с Полиной все наконец наладится.

Полина работала с фрагментами древней вазы, когда к ней неожиданно вошел Буравин. На лице его сияла счастливая улыбка.

— Полина! — выдохнул он, с ходу заключая ее в объятия. — Поленька… Я все знаю! Как я счастлив!

Полина со смущенной улыбкой приникла к нему.

— Ты ушла от него! Наконец-то! Я уже не надеялся… — продолжал он счастливо. — Мы с тобой поступили честно, Поля. Наконец-то набрались мужества и ушли… Не надо больше жить во лжи, смирять себя, терпеть. Мы оба свободны!

— Да, Витя… Честно говоря, мой поступок — неожиданность даже для меня самой… Но я поняла, что больше не могу… — с улыбкой сказала Полина.

— Я счастлив, что ты больше не с Борисом, — нежно заглянул он ей в лицо.

— Но я ушла не только от него… я оставила сыновей. Такое ощущение, что по живому режу… Так больно… — Полина опустила голову.

— Мне тоже не просто. Катя бунтует, не хочет меня понять, — тяжело вздохнул Виктор. — Но теперь мы должны сделать следующий шаг. Нам надо быть вместе.

— Так… сразу? — испугалась Полина.

— Мы же любим друг друга! Мы столько лет этого ждали! Иначе зачем все эти жертвы? — Буравин искренне не понимал любимую женщину.

Полина покачала головой:

— Нет, Витя. Я не могу. Прости меня…

— Почему? Что случилось? — взволнованно воскликнул он.

— Не торопи… У меня такой сумбур… и в голове, и в душе. Мне нужно разобраться в себе… — Полина смотрела на него умоляюще.