— О да… — он снова фыркнул. — Увлекательное занятие, верно? Постигать смысл чего-то, над, чем прежде не задумывался. Но всегда есть нечто…

Его небрежная поза, которую джао обычно принимают, когда что-то их забавляет, чуть изменилась и приняла вид «благосклонности-и-приятия». Пожалуй, человек исполнил бы эту позу более утонченно, но что взять с отпрыска Уатнака… Возможно, это было даже кстати.

— Учитесь с этим жить, — продолжал баута. — Предложение Кэтлин Стокуэлл и впрямь необычно. Можете даже считать его грубым, если угодно. Но оно принесет много пользы. Больше, чем любое другое, поверьте.

Он шевельнул вибрисами и указал на Кларика.

— Этот человек командует джинау. Может быть, вам недостаточно моих слов. Спросите любого из наших воинов, которые достаточно служили на Земле: если этот человек взбунтуется, вам это очень не понравится. И вы видели, на что способен человек по имени Талли. Так вот, этот тоже на такое способен. Только выглядеть это будет куда страшнее… — баута сделал несколько шагов назад. — Думаю, я сказал достаточно. Знаете, что такое «лошадь»? Это местное животное. Оно приносит большую пользу, но бывает очень своенравным. Так вот, люди говорят: «Можно отвести лошадь к воде, но нельзя заставить ее пить». По-моему, к Наукре это тоже относится.

Заявление граничило с прямым оскорблением. Однако даже Нарво — и в первую очередь Нарво — предпочли чуть сместить эту границу. Что взять с отпрысков Уатнака…

Никау кринну вау Нарво вновь вышла вперед.

— Нарво устраняется от дальнейшего обсуждения, — она говорила решительно и жестко. — Мы высказали причины своего несогласия, но не станем возражать, если Свора рассмотрит эту проблему иначе.

— Да, — подхватил представитель Хидж, выходя в круг, — это меня больше всего беспокоит. Никогда прежде Свора не вступала в родство ни с одним коченом. Разумно ли что-то менять? — он чуть смущенно покосился в сторону Гончих. — Опасность очевидна.

— Конечно, — живо откликнулся Наставник. — Но я изучал историю людей. Полагаю, мы недооценили утонченность предложения этой человеческой особи… — он повернулся к Кэтлин. — Поправьте меня, если я ошибаюсь. По сути, вы предлагаете придать новым тэйфам под началом Своры статус протектората, — последнее слово Гончий Пес произнес по-английски. — Как противоположность статусу, который вы называете колонией?

Кэтлин настолько растерялась, что ответила вполне человеческим кивком. Этот джао, до сих пор ни разу не побывавший на Земле, разбирался в человеческой истории не хуже, чем Эйлле.

Вероятно, ее ответ удовлетворил Наставника, потому что он снова обратился к Наукре.

— Разница, согласно обычаям людей, ясна. Положение Своры в этом союзе будет временным, а не постоянным. Как только Наукра дарует тэйфу статус кочена, статус Своры отменяется. Также не будет постоянных родственных связей, поскольку они могут привести к чрезмерному усилению Своры и появлению у нее особых интересов, несовместимых с ее функцией.

Поза отпрыска. Хидж рассыпалась. Он не мог выразить ничего, кроме растерянности.

— Как союз может быть временным? Конечно, в отношении человеческого тэйфа такое допустимо, поскольку родственных связи не предполагается. Но тэйф джао…

Краем глаза Эйлле заметил, как Яут пытается удержаться и не принять позу… ту же самую, которую очень не хотел принимать сам Эйлле. «Удивление-откровенной-тупостью». Самая неучтивая поза, которая совершенно недопустима в присутствии собрания, а тем более собрания Наукры.

Несомненно, отпрыск Хиджа понял слова Наставника. Все было слишком очевидно и поэтому принималось с таким трудом. Но Гончий пес, сохраняя свою «пустую позу», предпочел пояснить эту мысль.

— Свора — не кочен. У нас нет и не может быть потомства. Таким образом, обычные узы родства, которые возникают между тэйфом и его коченом, здесь также невозможны.

Он сделал шаг вперед и произнес с такой решительностью, что напор Никау кринну ава Нарво показался бы жалким.

— Право решения за Сворой и только за ней. Конечно, мы посовещаемся с представителями коченов… — его взгляд скользнул с Дэу на Никау и обратно. — И, прежде всего я настаиваю на том, чтобы в обсуждении участвовали Плутрак и Нарво.

Никау оцепенела, но взгляд Наставника, устремленный на нее, был уже не бесстрастен, но суров.

— Как я понимаю, Нарво отказались принимать участие в этой дискуссии. Но это не единственный вопрос, которые предстоит обсудить.

— Например? — почти сердито спросила Никау.

— Начнем с того, что планета понесла огромный ущерб. А затем этой проблемой просто пренебрегли… — он тактично не стал называть имена. — Если Свора должна принять на себя это бремя, она вправе ожидать, чтобы великие кочены помогали ей в восстановлении планеты. Наши собственные силы и средства уходят, прежде всего, на борьбу против Экхат.