Вдруг прокричал петух. По поляне пронесся стон ненависти и бессилия. Первыми сдались нетопыри: с визгом устремились они прочь. Вслед за ними стали разбегаться упыри с мертвяками. Наконец, остались лишь Гуннар да его спутница. Оба уже дрожали, предвидя скорый рассвет, но почему-то не убегали. Видать, сильна оказалась ненависть к людям, что сумели продержаться до петушиного крика да еще и самого Вия одолеть! Руслан и Рыбий Сын выскочили из круга с половинками последнего кола в руках. Бой был недолгим, и оба мертвеца наконец-то стали мертвыми по-настоящему, рассыпавшись в прах. И тут взошло солнце.

– Интересно, откуда здесь взялся петух?
– спросил Руслан, зная, что ответа не дождется.

– Откуда-откуда.
– послышался сверху скрипучий голос со сварливыми интонациями.
– От верблюда! Против умного остережешься, а против Залешанина оплошаешь!
– с одного из деревьев вспорхнул огромный попугай, раза в три больше того, что так напугал Руслана в саду Черноморда, и, затейливо выругавшись, полетел к северу.

– При чем тут Залешанин?
– не понял Руслан.
– А, ладно. Мы выстояли! Представляешь, мы выстояли!

– И чего вы спозаранку так разорались?
– проворчал Молчан, зевая и протирая глаза.
– И без того всю ночь гадость всякая снилась... И чем это вы так угваздали поляну?

Он так и не понял, почему друзья оглушительно захохотали, то сгибаясь пополам, то гулко колотя друг друга по спинам.

Глава 33

Перекусили наспех, быстренько собрались. Сослужившие добрую службу остатки осины решили пока не выбрасывать - мало ли что. Еще и запас пополнили. Кто знает, каких мертвяков принесет следующей ночью?

Солнце еще только карабкалось на небо, а друзья уже вышли в путь. Шмель, честно проспавший ночное побоище, был весел, и даже пытался шутить, но конский юмор мало понятен человеку, потому ему быстренько велели заткнуться.

Через час после полудня вышли к Днепру. Река все так же неспешно несла свои воды в Русское море, как и многие тысячи лет назад, когда ею владела могучая богиня Дана. Берег, на который вышли друзья, оказался гол и пустынен, плот вязать было не из чего. Бревна из нор Молчан выращивать пока не умел, а на одной веревке далеко не уплывешь... Решили устроить привал и посовещаться. Совещание начали с купания, рассудив, что на чистую голову лучше думается. Рыбий Сын, сам плававший не хуже рыбы, было увлекся, гоняясь под водой за крупным лещом, но остальные его образумили: сначала надо решить, как на другой берег попасть, а уж потом развлекаться...

– Можно пойти вдоль берега, пока на какие-нибудь деревья не наткнемся. предложил Руслан.
– свяжем плот и переправимся.

– Ага. А можно раньше еще на печенегов каких-нибудь нарваться. Тебе все еще мало драк, Руслан?

– Драк мало не бывает.
– сказал Рыбий Сын.

– Да-а, - протянул Молчан после небольшой паузы.
– русеешь ты, брат. Последний печенежский дух из тебя, похоже, вылетел. Да и общение с долдонами-близнецами явно не пошло на пользу. Еще предложения есть?

– А если брод поискать?

– Днепр такая хитрая река, что брод можно или прямо сейчас найти, или до конца дней своих так на него и не наткнуться... Не пойдет.
– отмел предложение словенина Руслан.
– Я думаю, вот как мы поступим. По Днепру лодий всяких много туда-сюда ходит. Из варяг в греки, из греков в варяги, да и просто к нам, на Русь, частенько захаживают. Предлагаю дождаться каких-нибудь купцов, денег немного у нас есть, попросим перевезти на тот берег. А уж если полдня впустую просидим, тогда пойдем искать, из чего плот соорудить. Пойдет?

– А что...
– задумчиво произнес Молчан.
– Вы хоть передохнете малость, а то смотреть на вас больно...

– И рыбки половим...
– тоска по рыбе пересилила в прирожденном рыбаке дикое желание спать. Впрочем, поймав двух лещей и щуку (бить рыбу пришлось осиновым колом, только после того, как его тщательно отмыли), Рыбий Сын сдался и уснул прямо на прибрежном песке. Руслан тоже недолго хорохорился: полазив с полчаса по пояс в воде, он не поймал ни рыбины, плюнул на это дело, и растянулся неподалеку от друга.

Молчан разбудил их незадолго до заката. Оба просыпались неохотно сказывалось страшное напряжение ночного побоища с нечистой силой. Первым глаза открыл Руслан.

– Что? Опять мертвяки?!

– Нет, скорее, наша возможность переправиться.

– Где?

– Вон, только на виднокрае ладья показалась.

– А если откажут?

– Если люди хорошие, то не откажут; а ежели плохие, то мы их перебьем, а сами на их корабле поплывем.
– произнес Рыбий Сын как нечто само собой разумеющееся, при этом сладко потягиваясь.