– Мне в общежитие нужно будет заехать, - она говорила, как в полусне, будто кто-то за нее двигал губами, - вещи взять.

– К чертям собачьим, - раздельно проговорил он, - все необходимое мы тебе дадим. Хотя, - он оборвал сам себя, - документы, наверное, лучше все-таки взять. Закон есть закон...

И с этими словами он вдруг ухмыльнулся и негромко заржал над собственной шуткой. А на улице их ждали. Давешний Анютин ухажер пришел с тремя друзьями и необыкновенно обрадовался при их появлении:

– А вот и мы! До чего радостная встреча, а вы, по-моему, не рады...

– Почему это, - удивился незнакомец, - мы тоже рады. Только вот спешим мы сильно. До следующего раза никак нельзя отложить?

– Спешишь? Это ты правильно делаешь. Анютка стоит того, чтобы спешить. Сосет - так вообще исключительно. И подмахивает классно.

– Ну, вот видите... Раз сами все понимаете, - он развел руками и вдруг рявкнул, - так на хрена на дороге-то стоять?!!

Дед определенно нарывался, но вел себя настолько не по правилам, что это даже вызывало тупое недоумение. Преодолев его, молодой человек на хмурился:

– Ты че, козел старый, - блеснул он оригинальным подходом в подборе эпитетов, - не поэл што ли? Объяснить?! А?!!

Последнее междометие походило на помесь вопля с рычанием и сопровождалось злобным выкачиванием глаз. Расстраивало только то, что физиономия собеседника ничуть не изменилась, сохранив неизбывно наивное выражение.

– Простите, но я лично от вас никаких объяснений не требовал. Все, что нужно, я понимаю удовлетворительно и в ваших услугах пока не нуждаюсь.

– Н-ну ф-фсе! Н-ну п-падла!!! Пошли поговорим...

Незнакомец с некоторым сомнением пожал плечами и протянул:

– Ну-у, ежели только ненадолго...

И, окруженный стайкой жаждущих его крови парней, вразвалочку отправился в указанном ему направлении, причем Анюта отправилась на некотором отдалении следом. Они даже не повели его вглубь двора, решив объясниться тут же, у арки. Очевидно, - где-то на большой глубине души парень не был уж окончательным отморозком, потому что даже и здесь начал все-таки со словесного общения:

– Так. Слышь, мужик, ты прямо щас идешь... домой, и н-не д-дай тебе бог еще раз попасться.
– Предводитель проговорил все это, накручивая себя и скалясь, а потом, решив, что достаточно накалился злобой, вдруг заорал.
– Ты понял?!!!

– Вполне.

– Не слышу!!!

Собеседник его сделал шаг вперед, слегка подтянул парня за рубаху к себе, и во весь голос гаркнул ему в самое ухо:

– Впол-не!!!
– И осведомился.
– Теперь - расслышали?

Тот оправился от акустического удара довольно быстро:

– Ах, ты...

И он изо всех сил размахнулся на собеседника, который так и не дал себе труда отодвинуться. Тут он удивительно уместным движением ушел от удара, отступив к стеночке:

– Ну, так мы не договаривались... Речь шла о беседе, а вы тут руками размахиваете.

– Да мы тя щас...

– Да неужто ж драться хотите?

Один из парней, тот что был сбоку, с мерзким лязгом выпустил из отвислого рукава железную цепь, а их враг печально развел руками...

– Да. Удивительно конечно, но факт...

Стая с неуверенностью, непонятной ей самой, двинулась на него, потихоньку расходясь в стороны. Еще мгновение непонятливый незнакомец стоял неподвижно, а потом, с поразительной быстротой ускорившись, набросился на них с таким ревом, какого им от людей слышать еще не доводилось. Они, понятно, ожидали, что он не из легковесных слабаков, но все-таки не ожидали, что он окажется тяжел и силен настолько. Он налетел на них, как носорог средних лет, с тяжкой молниеносностью крупнокалиберного снаряда. Кулаки, цепи, ставшие такими вдруг тонкими лапки соскользнули с него, как с катящегося под гору валуна, смазанного маргарином, а сами они разлетелись в разные стороны, как кегли, кроме одного, который был сбит таранным ударом плеча и с размаху затоптан. Пролетев насквозь их сплоченные ряды, живой таран проворно развернулся и бросился в новую атаку столь живо, что они снова не успели встретить его надлежащим образом: еще один был сбит боковым ударом локтя, ходившего, как шатун корабельной паровой машины. Ему показалось, что его ударили в грудь рельсом, бампером грузовика, кувалдой или чем-то в этом роде, дыхание вылетело из его груди, и довольно долго ему казалось, что оно туда не вернется, в глазах вспыхнул сноп синевато-белых, как от сварки, искр, вся воинственность испарилась без малейшего следа, когда бренное тело его легко скользило по асфальту. Тот, что был с цепью, пустил-таки в ход свое оружие, но не успел или же не сумел толком размахнуться, и железо вытянуло мужика поперек необъятной спины без видимого результата. Он только вздрогнул и, развернувшись на полной скорости, рявкнул:

– Убью!!!

Соискатель был абсолютно противоестественным образом ухвачен за цепь, перехвачен за руку и с размаху шмякнут о стену, бывшую метрах в трех. Таким образом на ногах остался только сам Николаша, но к этому времени чудище, на которое они так неосмотрительно нарвались, успело остыть:

– Послушай, чудак, - добродушно пророкотало оно, неуклюже почесывая спину, - дело-то не во мне! Это же она сама за себя решила, когда ей дали возможность выбрать... Ты только, ради бога, не прыгай не стоит. Драться я не умею, но у нас слишком уж разные... характеристики. Так что я удавлю, даже если кто из вас с ножом будет.

Он снова поморщился и крупно зашагал к замершей в арке Анюте. Молодой человек, словно окаменев, неподвижно смотрел, как мужчина взял девушку под руку и они согласно ушли прочь. Совсем прочь, непонятным образом это очень чувствовалось. "Вольво" плавно сорвалось с места и почти бесшумно заскользило по залитым оранжевым светом улицам.

– Ух, какой, - проговорила она поглаживая обивку салона, - это твой?

– Да как тебе сказать... В общем - наш...

Когда они достигли места назначения, и он более-менее представил собравшимся свою находку, а Нэн Мерридью повела ее надлежащим образом устраивать, мужчины зашевелились, и изыскателю стало совершенно ясно, что находка его не осталась без внимания: