— Не все старые традиции так уж плохи.

— Знаю. Но мое имя — это последняя ниточка, что связывает меня с отцом. — Она поколебалась. — Полагаю, я еще не готова отказаться от него.

Митч уже слышал от Сэма, почему Джоэл Фальконер отвернулся от дочери. Он попытался представить, как делает что-то подобное со своей дочерью, и не смог.

— И как Сэм перенес то, что вы не взяли его имя?

— Он закатил мне лекцию на целый час. Но, по-моему, это была скорее просто разминка, а не попытка по-настоящему убедить. Он хотел удостовериться, что брак не превратил меня в соглашательницу.

— Да уж, Сэм любит хорошую схватку!

Лицо Сюзанны стало серьезным.

— Меня не пугают схватки с ним, Митч. Но только из-за того, что мы поженились, я не стану заверять все печатью его мнения. И во всем, что касается «Сисвэл», буду придерживаться собственных убеждений.

«Посмотрим, — подумал он. — Это мы еще посмотрим».

К концу следующей недели они выполнили все необходимые юридические формальности для защиты компании на случаи, если брак Сэма и Сюзанны распадется. Были составлены документы, гарантирующие, что партнерские паи не перейдут в другие руки при их решении развестись и что развод не изменит соотношения сил в компании. О том, насколько неприятным было для Сэма или Сюзанны подписывать бумаги, имевшие отношение — по крайней мере теоретически — к распаду их супружеской жизни, которая едва началась, никто из них не обмолвился ни словом.

Закончилась осень, наступила зима, а Митчел все еще усиленно искал подтверждения того, что супружеские взаимоотношения Сэма и Сюзанны влияют на принятие деловых решений. В конечном итоге пришлось признать, что ему чаще приходилось объединять усилия с Сюзанной против ее мужа, чем наоборот!

Пока партнеры по «Сисвэл» обживались в своем новом офисе, маленькая компьютерная компания «Эппл» продолжала орудовать в гараже семейства Джобсов в Купертино. Ее основатели также работали над прототипом автономного компьютера, названного ими «Эппл-II». Однажды вечером, в начале декабря, развлекаясь видеоиграми в ресторанчике «Мом энд Поп», Митч узнал, что Янк в открытую обсуждает свою работу над «Блейзом» со Стивом Возняком. Когда он переварил эту случайно дошедшую до него новость, на его лице появилось недовольное выражение.

— Ты в своем уме? — воскликнул он, сердито подступив к Янку, стоявшему у соседней видеоигры. — Да ведь твои разработки — это самое главное имущество нашей компании. И ты не должен делиться ими с конкурентом. Смотри, чтобы это никогда больше не повторялось! Ты понял? Никогда!

Гнев Митча привел Янка в полнейшее изумление.

— Мне нравятся разработки Воза, а ему — мои, — ответил он в своей рассудительной, логичной манере. — Мы всегда помогали друг другу!

Сэм играл с Сюзанной в «Биг-понг», когда разразился этот скандал. Заметив любопытные взгляды какой-то парочки, занимавшей соседнюю кабину, Сюзанна слегка переменила позу в надежде хотя бы частично скрыть стычку от глаз публики, в то время как Сэм попытался успокоить Митча.

— Послушай, ведь он не от мира сего, — сказал он. — Янк — это хакер. А хакер не приемлет даже саму идею того, что информация может представлять собственность!

Лицо Митча исказила гримаса ярости.

— Эй, вы все, послушайте-ка, что я скажу. Мы здесь не в игрушки играем с этой «Сисвэл». Отныне каждый кусок информации, касающейся проекта «Блейз», является собственностью — вплоть до количества винтов на корпусе. Это обсуждению не подлежит! И чтобы никто не вел никаких разговоров об этом на людях, вы слышите меня? Никто!

Янк, отвернувшись от Митча, посмотрел на Сэма долгим, пронзительным взглядом, потом отчетливо произнес:

— Все это дерьмо собачье.

Сюзанна впервые услыхала от него бранное выражение. Не проронив больше ни слова, он отошел от троих компаньонов и покинул ресторан.

Она еще никогда не видела Митча таким обозленным. Сэм в своей импульсивной манере вознамерился уладить ситуацию прямо посреди зала «Мом энд Поп», но она вытолкала обоих мужчин наружу и они поехали на квартиру, где жили Сэм с Сюзанной.

Квартирка была маленькой и темной, с видом на захламленный Дампстер, но Сюзанне так хотелось иметь собственный угол, что она не обращала внимания на его затрапезы ость. На то, чтобы привести квартиру в порядок, у них не было ни времени, ни денег. Возможно, это было не так уж и плохо, поскольку Сюзанна в конце концов призналась себе, что сидеть дома нисколько ей не нравится. Когда пришлось выбирать между работой по созданию прототипа «Блейз» и подбором штор для гостиной, победу безоговорочно одержал «Блейз».

Выудив из холодильника банку пива для Митча и кока-колу для себя, Сэм принялся мерить шагами комнату. Сюзанна уселась в единственное кресло. Митч, чья ярость, вызванная подрывными действиями Янка, нисколько не ослабла, с угрюмым видом плюхнулся на диван. Такие же позиции они обычно занимали поздними вечерами, собираясь вместе, чтобы уточнить деловые планы и определить, какой они хотят видеть свою компанию.

Сколько ночей они провели подобным образом, когда Сэм в радужных цветах расписывал будущий облик здания их компании со стеклянными стенами, распахнутыми дверьми и звуками рок-музыки, а Митч противопоставлял ему собственное, более прагматичное видение, базирующееся на непрерывном расширении рынка сбыта и увеличивающихся как снежный ком доходах! Несмотря на дружбу между этими двумя мужчинами, они нередко пререкались, и Сюзанне приходилось брать на себя роль миротворца. Она почувствовала, что и этот вечер не будет исключением.