Перед ней был кадр из «Помолвки» — она и Роже Сен-Кир в «классическом психологическом триллере Жюльена». Как сообщала подпись под фотографией, этим фильмом откроется ретроспективный показ.

Лидия не видела «Помолвки» с Каннского кинофестиваля. Время от времени фильм демонстрировали в Париже и в Нью-Йорке в кинотеатрах повторного фильма, но она так на него и не попала. Смотреть «Помолвку» со Стефаном она не могла, а сделав это втайне от него, чувствовала бы себя виноватой. Но дело было не только в этом.

Лидия боялась смотреть этот фильм. Если она играла хорошо, то стала бы жалеть о том, что так легко отказалась от артистической карьеры. Если же не слишком хорошо, то не хотела теперь об этом знать. Разочарование заставило бы ее усомниться в своем таланте. А ведь уверенность в нем помогала Лидии устоять в самые тяжелые периоды жизни.

Но теперь ей захотелось посмотреть фильм и понять раз и навсегда, чего она стоит как актриса. Сказав Джуно, что артистическая карьера больше не интересует ее. Лидия слукавила. Эта карьера столь же привлекала, сколь и пугала ее.

Помимо всего прочего, Лидии очень хотелось увидеть Бернара. Прошло немало лет с той встречи в Париже, когда он поставил ей ультиматум оставить Стефана или отказаться от него. Потом Бернар женился на актрисе, но прошлым летом, через несколько месяцев после смерти Стефана, развелся с ней. Лидия подумывала, не позвонить ли ему, но так и не сделала этого. Ведь Бернар знал, что она овдовела, мог и сам позвонить. А теперь он здесь, в Нью-Йорке. На просмотре она уж точно увидит его. Лидия откинулась на подушку и улыбнулась. Что ж… а почему бы нет?

Когда Лидия приехала в Музей современного искусства, кинозал был переполнен. Она остановилась у двери. Директор музея уже представлял режиссера публике.

Успех изменил Бернара. Хотя на нем были все те же кожаная куртка и выгоревшие джинсы, выглядел он гораздо элегантнее, чем в прежние времена. Темные волосы стали короче, гладко выбритое лицо — решительнее.

А главное, от Бернара исходила спокойная уверенность в своих силах.

Лидия вдруг заметила, что какой-то бородатый молодой человек украдкой поглядывает на нее. Неужели он узнал в ней главную героиню «Помолвки»? С тех пор как она снималась, прошло более двенадцати лет… Между тем молодой человек наклонился к своей спутнице и довольно громко прошептал: «Это Лидия Форест!» Соседи, услышав его слова, повернули головы, и по рядам покатился шепот:

«Лидия Форест… Лидия Форест…»

Директор передал микрофон Бернару. Раздался гром аплодисментов. Когда Бернар заговорил, у Лидии по спине побежали мурашки. Его голос… как приятно было снова его услышать!

— Благодарю вас. Я очень рад, что приехал сюда.

Фильм, который вы сейчас увидите, много значит для меня.

Он был… — Бернар сделал паузу, заметив какую-то суету в задних рядах. Он окинул взглядом зал и вдруг увидел Лидию. Микрофон многократно усилил его тихий вздох, и Бернар замер. — Леди и джентльмены! — Он едва сдерживал волнение. — Сегодня у нас неожиданная радость. Я хотел сказать вам, что этот фильм занимает в моем сердце особое место, а так случилось благодаря той, которая в этом зале. Попросим же ее подняться на сцену. — Бернар указал на актрису:

— Лидия Форест!

Все головы обернулись. Потом зал начал аплодировать. Лидия затрепетала. На глаза навернулись слезы, но она, овладев собой, направилась к сцене, к Бернару.

После просмотра они пошли ужинать в кафе «Люксембург». Лидия торжествовала, ибо восприняла фильм так же, как в первый раз, в замке Мурдуа.

— Я хорошо играла, Бернар, правда?

Он улыбнулся:

— Нет, не хорошо, а блестяще. Как мне жаль этих напрасно прожитых лет…

— Они прожиты не напрасно, — возразила Лидия. — У меня дети. И я была занята делом.

Бернар сделал жест рукой, показывая, что не принимает ее возражений:

— Многие женщины имеют детей. Многие женщины занимаются бизнесом. Но ведь почти ни у одной из них нет твоего таланта и обаяния. Ты сегодня сама убедилась, как зрительская аудитория реагирует на тебя.

— О Бернар! — Лидия откинулась на спинку стула, глаза ее блестели. — Как я рада видеть тебя! Я не раз хотела позвонить тебе, но…

— Но ждала, чтобы позвонил я, — усмехнулся он.

Она кивнула.

— Но почему же ты не позвонил?

— Не знаю… возможно, я боялся. Все тогда изменилось.

— А теперь?

— А теперь мне кажется, что ничего не изменилось. Или мы описали полный круг и снова вернулись к началу.

— К новому началу, — уточнила Лидия, коснувшись его руки. — Знаешь, я ведь все еще храню твой ключ. Ты оказался прав. Я так и не смогла его выбросить.

— Он едва ли подойдет к замку моего здешнего гостиничного номера, но…

Эти двое словно стремились наверстать упущенное, хотя впереди у них была целая вечность. Они страстно занимались любовью, потом выкурили одну сигарету на двоих и долго не разжимали объятий.