— Я тоже.

Мы с Дэнни никогда не станем лучшими друзьями. Уайлдер претендовал на этот титул, и я не собиралась драться с ним за него. Но прошедший день значительно сократил разрыв между мной и братом.

Вчера, после стычки на крыльце, он зашел в дом и прочитал Уайлдеру лекцию о переступлении границ дозволенного. Но Уайлдер просто отмахнулся от него, отказываясь чувствовать вину за наши отношения.

И я устала искать одобрения у людей, которые недостаточно старались узнать меня.

Но я бы отдала должное своему брату. Вчера он остался и попытался. Ему потребовалось около часа, чтобы оправиться от первоначального шока. Возможно, чтобы осознать все, что мы сказали. Но потом он начал задавать вопросы.

Вопросов было много часов. Все они были заданы мне.

Одного дня было недостаточно, чтобы узнать меня получше. Чтобы преодолеть этот разрыв. Но это было уже что-то.

Виски, которое Уайлдер налил нам всем за ужином, определенно помогло. К тому времени, как Дэнни позвонил Мэри, речь его была невнятной. Затем он, спотыкаясь, добрался до кровати в гостевой комнате и отключился, так и не сняв джинсов и ботинок.

— Ты нечасто бываешь дома, — сказал Дэнни.

— Не часто.

— Это из-за меня?

— Отчасти. — Со вчерашнего дня не было ни одного вопроса, на который бы я не ответила честно, даже если правда была жестокой. — Мама с папой не понимают меня, да и не пытаются. Мэри отпускает слишком много двусмысленных замечаний по поводу моих татуировок, и, клянусь богом, в следующий раз, когда она посмотрит на меня косо, я выйду из себя. Мне неинтересно возвращаться домой, так что, это действительно шокирует, что я не возвращаюсь?

— Нет, — вздохнул он. — Прости за Мэри. Я поговорю с ней.

Думала ли я, что это изменит мнение его жены обо мне? Нет. Но он мог справиться с ней.

Пока Уайлдер готовил, я соскользнула со стула, чтобы взять тарелки и столовые приборы и накрыть на стол. Потом мы сидели вместе и ели, в основном в тишине, если не считать редких стонов Дэнни, который пытался проглотить свой завтрак.

— Я больше никогда не буду пить, — сказал он.

— Ты в состоянии ехать домой? — спросил Уайлдер.

— Боюсь, я облюю всю машину. Не возражаешь, если я еще раз переночую в гостевой спальне?

— Вовсе нет.

Он соскользнул со стула и отнес тарелку в раковину.

— Я, пожалуй, пойду вздремну.

— Я, наверное, схожу в магазин за продуктами, — сказала я. — Хочешь, я принесу тебе имбирного эля?

— Да, пожалуйста. — Дэнни, шаркая, вышел из кухни, но не успел он скрыться в своей комнате, как в дверь позвонили.

Все взгляды устремились к фасаду дома, никто из нас не слышал, как подъехала машина.

Уайлдер направился к двери, чтобы ответить, но тот, кого он увидел снаружи, заставил его напрячь плечи. Затем он открыл дверь Сэди. Она держала букет желтых роз.

— Здравствуйте, мистер Эбботт. — Она заправила прядь светлых волос за ухо, а ее взгляд метнулся внутрь, прямо туда, где я все еще сидела за столом, одетая в одну из футболок Уайлдера и пару мятых пушистых носков.

— Что тебе нужно? — спросил он ее достаточно резким голосом, чтобы она опустила взгляд.

— Я надеялась поговорить с Айрис. Пожалуйста.

Мольба в ее голосе заставила меня подняться с места. Я подошла и встала рядом с Уайлдером, разглядывая покрытые пятнами щеки Сэди.

Она плакала несколько дней, не так ли?

— Привет, Сэди, — в моем голосе была мягкость, которой не хватало Уайлдеру.

— Это для тебя, — она протянула розы. — Мне жаль. Мне очень, очень жаль.

Я взяла цветы, когда рука Уайлдера легла мне на поясницу. Просто легкое прикосновение, чтобы показать, что он рядом.

Вчера он был готов сразиться с Дэнни за меня. Но это был не его бой. Мне нужно было самой себя защитить.

С Сэди не было никакой ссоры. Она наказывала себя достаточно.

— Спасибо, — сказала я.

— И это. — Она потянулась, чтобы расстегнуть ожерелье «Роза ветров» на затылке, но я подняла руку.

— Не надо.

— Ты должна забрать его обратно. Ты была так добра ко мне, и то, что я сделала, непростительно. Я худшая из людей. Я не заслуживаю этого ожерелья.

— Ты не плохой человек, — сказала я ей.

— В самом деле? Потому что я чувствую себя ничтожеством.

Угрызения совести со временем исчезнут.