Я захлопнул дверь, затем пристально посмотрел на Райана.

Он сглотнул.

Маленький засранец так и не извинился. Поэтому я скрестил руки на груди и стал ждать.

— Извините, — пробормотал он.

В ту ночь, когда мы их застукали, вся история выплеснулась из пьяных уст Сэди. Она рыдала и билась в истерике, но рассказала нам, как они с Райаном были на вечеринке, когда она отпустила несколько двусмысленных замечаний в адрес Айрис.

Райан, должно быть, ухватился за возможность снова завоевать ее расположение и отомстить мне за то, что я надрал ему задницу в тот последний день в школе. Или, может быть, он узнал о ее увлечении мной. Какими бы ни были мотивы, они вдвоем придумали план «украсить» машину Айрис.

Он был трезвым водителем и привез ее сюда. Они припарковались примерно в полумиле от дома и под покровом темноты, вооружившись фонариками и баллончиком черной краски, подкрались к машине Айрис.

Если бы мы все еще не спали, я сомневался, что услышал бы их снаружи. Но, черт возьми, я был рад, что их поймали. И теперь все было кончено.

— Убирайтесь с моей территории, — рявкнул я.

Райан вздрогнул и бросился к своему грузовику.

Сэди сделала шаг, но остановилась и обернулась.

— Могу я поговорить с Айрис?

— Она не хочет с тобой разговаривать.

Когда-нибудь Айрис простит Сэди и за это. Возможно, раньше, чем я. Но сейчас она приняла решение и хотела держаться на расстоянии. Мы оба хотели держаться на расстоянии. Но я обещал проследить за уборкой «Бронко» и дать Айрис время залечить ее раненное сердце.

— Я просто хочу сказать ей, что мне жаль, — сказала Сэди.

— Она пыталась помочь тебе, Сэди. — Черт возьми, она подарила Сэди свое любимое ожерелье. — И вот как ты отплатила за эту помощь? Ты причинила ей боль.

— Я знаю. — Она шмыгнула носом и промокнула уголки глаз. — Вы не могли бы передать ей, что я прошу прощения?

Я кивнул.

— Сэди, пошли, — оборвал ее отец.

Пикап Райана уже выехал на дорогу и вот-вот должен был исчезнуть из виду.

Сэди прокралась к пикапу своего отца, когда он подошел ко мне и протянул руку.

— Прости, Уайлдер. Ничего подобного больше не повторится.

Я поверил ему.

— Ценю твою помощь, — сказал я, пожимая ему руку.

Родители Райана были в ярости, когда приехали забирать его в ночь, когда произошел акт вандализма. И хотя они были в ярости на своего сына, казалось, их больше разозлило то, что он поставил под угрозу свою спортивную стипендию в колледже, чем из-за причиненного ущерба. Они, как и их сын, чуть не забыли извиниться. И с тех пор они не выходили на улицу, чтобы помочь ему исправить эту ошибку.

Родители Сэди были опустошены и смущены. И именно ее отец придумал, как очистить аэрозольную краску, чтобы «Бронко» выглядел как новенький.

— Не могу выразить своей благодарности тебе с Айрис за то, что не вызвали шерифа, — сказал он. — Увидимся.

Я опустил подбородок.

— Пока.

Он подошел к Сэди и помахал в последний раз, прежде чем сесть в машину.

Айрис стояла в дверях, когда я повернулся, чтобы зайти внутрь. Скрестив руки на груди, она смотрела, как они исчезают.

— Готово?

— Готово, — сказал я, следуя за ней внутрь. — Ты в порядке?

Она пожала плечами и вернулась к нашим сэндвичам.

— Я правда ненавижу, когда люди называют меня шлюхой. Они считают, что из-за того, что я так выгляжу и так одеваюсь, я ничтожество.

Она не была ничтожеством. Она была всем.

— Мы должны были вызвать полицию.

— Нет. — Она грустно улыбнулась мне. — Теперь все кончено. Я просто… она напомнила мне меня в том возрасте. Я хотела помочь.

— Мне жаль, Айрис. — Черт, мне было так жаль. Я ненавидел видеть, как тускнеет свет в ее глазах.

— Детка, — поправила она.

— Детка. — Я обогнул остров и заключил ее в объятия.

Она расслабилась в моих объятиях, уткнувшись мне в грудь.

— Я хочу пойти куда-нибудь сегодня. Просто уехать отсюда. Сесть за руль «Бронко» и притвориться, что ничего этого никогда не было.

— Куда поедем?

— С тобой? Куда угодно.

— Давай поедем в Прескотт. Он примерно такого же размера, как Каламити. Исследуем его.

— Можем ли мы пройтись по магазинам?

— Я бы с удовольствием прошелся с тобой по магазинам.

Она хихикнула.

— Лжец.

Чтобы заставить ее улыбнуться, я был готов ходить по магазинам весь день.

— Давай поедим. — Я шлепнул ее по заднице и отпустил. — А потом поедем.

— Хорошо. — Она взяла горчицу и намазала немного на свой сэндвич, но не на мой.

Мне нравился этот соус с бургерами, но не с индейкой. Затем она забрала маринованные огурцы с моего сэндвича, оставив их на своем. Ломтики помидора и листья салата для обоих. Когда она положила сверху кусочки хлеба и накрыла ими мой сэндвич, она подняла глаза и поймала мой пристальный взгляд.