Мой контент менялся в зависимости от моего образа жизни, и, хотя все еще были дни, когда неприятные комментарии прорывались сквозь мою толстокожесть, я была благодарна, что люди по-прежнему проявляли интерес к тому, что я говорила.

Даже моя семья проявляла больше интереса к моей карьере. Во время их последней поездки в Каламити мама и папа весь ужин задавали вопросы о том, что я делаю и как это делается. Они перестали подталкивать меня к тому, чтобы я соответствовала их представлениям о нормальной жизни.

Либо это было делом рук Дэнни — многое изменилось с тех пор, как он приехал в Монтану, чтобы наорать на меня за то, что я переспала с его лучшим другом, — либо это новообретенное признание было связано с Уайлдером. Все обожали его и признавали, что именно он удержал меня в стране.

Но чего они не понимали и, вероятно, никогда не поймут, так это того, что он мгновенно собрал бы все вещи, если бы решил, что жизнь, полная путешествий, сделает меня счастливой. Он бы следовал за мной по всему миру, если бы я попросила.

Но я бы не согласилась. Наша жизнь была в Каламити, и я бы не хотела, чтобы все было по-другому.

— Я люблю тебя, — сказала я ему просто потому, что могла.

— Я тоже люблю тебя, детка. — Он проверил время на своем телефоне.

— Ты хочешь уйти?

— Мы можем остаться.

Он бы остался ради меня. Но да, он хотел уйти.

— Пойдем домой.

Этого было достаточно, чтобы он достал свой бумажник и оставил на столе достаточно наличных, чтобы оплатить наш счет. Его рука легла мне на поясницу, когда мы направились к двери.

По дороге домой он превысил все допустимые скорости, но мы успели вовремя, чтобы он забрал Блейкли из рук своей матери и укачал ее, пока она не уснула.

Они были идеальной парой. Она подходила к его широкой груди, как ключ к замку. И с их темными волосами и темными глазами, она была его во всех отношениях.

И пока они обнимались, я поплелась в прачечную и начала собирать вещи для поездки на Косумель.

Три дня спустя, пристегнув нашу дочь в автокресле, мы в пять утра сели в «Бронко», готовые два часа ехать в аэропорт, чтобы успеть на наш первый рейс.

Уайлдер взял меня за руку, его палец коснулся моего обручального кольца.

— Готова, Айрис Монро?

Стать его женой? Более чем готова.

— Эбботт, — поправила я. — Айрис Эбботт.

Конец

Серия «Каламити Монтана» закончена!