— Тоже так и называется: Центральная, — хмыкнул Козырев. — Не пропустите. От рынка она идет, так что не заблудитесь. Сам я к алхимику. Сколько времени займет, не знаю.

— Это вы с субстанцией из сортира к нему? — понял я.

— С ней, поганой. Наколупали в контейнер. Может, и сможет алхимик определить, что туда вылили. Если, конечно, захочет за это дело браться.

Мы уже подъезжали к Гарашихе, так что задавать вопросы я перестал и начал осматриваться.

Город был оживленным, но казался еще более провинциальным, чем Анниск, хотя размером был сопоставим или даже чуть больше. Лабиринта, разумеется, здесь не было, как и дирижабельной причальной башни. Последняя отсутствовала бы, даже если бы городок был побольше, — близость Зоны очень плохо отражается на летающем транспорте, и хорошо, если он просто медленно спланирует на землю, а не ткнется носом, угробив всех пассажиров. Самой Гарашихе поглощение не грозило, и здесь не было атмосферы постоянной напряженности, характерной для Дугарска. Здесь люди жили, а не выживали. Хотя нельзя сказать, что жили очень уж хорошо. Похоже, правду мне говорили, что местный князь три шкуры дерет с тех, кто живет на его земле.

Козырев, как и обещал, подвез меня к рынку. Хорошо, что распогодилось, и сверху уже ничего не лилось. Плохо, что снизу землю местами развезло до непролазной грязи. Около магазина, к которому меня отправил Козырев, были деревянные мостки. Наверное, для этого города это было признаком респектабельности. Как и большие витринные окна, в которых были выставлены образцы товара. Довольно приличные образцы.

Но туда я не пошел, отправился стричься. Нужное заведение находилось тоже рядом и сейчас пустовало. Скорее всего, из-за погоды, а не из-за убыточности заведения. Оно выглядело преуспевающим.

— Чего изволите, сударь? — тут же подскочил ко мне один из двух парикмахеров.

— Постричься и побриться, — бросил я.

— Проходите, присаживайтесь, сударь, все будет сделано в лучшем виде.

От дополнительных услуг (как-то: брызганье вонючим одеколоном и намазывание головы бриллиантином) я отказался, поэтому все удовольствие обошлось мне в пятьдесят копеек, и из зеркала на меня смотрел вполне приличный молодой человек. Удовлетворенный результатом, я даже гривенник чаевых оставил.

Представив, во что превратится мой костюм при прогулках в грязи, по рынку я решил не ходить. Да, артефакт дома грязь отчистит, но туда еще нужно добраться. Не хотелось бы ехать замурзанным пугалом рядом с аккуратным Козыревым. В конце концов, вряд ли я увижу здесь что-то такое, без чего не смогу обойтись. Разве что пройтись чуть позже, когда немного высохнет грязь? Надежда на это была: солнце пробивалось через тучи.

Я добрался до магазина, радуясь, что почти не испачкал брюки, открыл дверь, отчего звякнул висевший на ней колокольчик, зашел внутрь и осмотрелся.

Там действительно продавалась исключительно господская одежда и аксессуары. Что-то было поновее, что-то было уже прилично поношено. Были и совсем новые вещи, явно никем ранее не использовавшиеся. Магазин оказался довольно большим, и искать здесь что-то самостоятельно можно было долго, что в мои планы не входило.

— Могу ли я вам чем-то помочь, сударь? — подошел ко мне щеголеватый приказчик.

— Мне нужна верхняя одежда на осень. Есть у вас что-то на мою комплекцию? Желательно, не слишком дорогое.

— У нас слишком дорогого нет, сударь, — чуть снисходительно улыбнулся он. — У нас, по большей части, вещи не новые, но хорошие. И могут послужить еще очень и очень долго.

Он вытащил вешалку с довольно элегантным пальто и предложил примерить. Почему-то показалось, что пальто тоже из вещей Верховцева — оно идеально подходило к остальной одежде, так что я решил его взять. Как и так называемую охотничью куртку, которая была куда удобней для повседневной носки. Гардероб дополнили пара брюк и пара рубашек. И кепи, очень напоминавшее таковое у Шерлока Холмса из нашей экранизации. К куртке оно неплохо подходило. На этом я посчитал, что необходимый минимум приобретен, и уже собрался расплачиваться, как спохватился:

— Зонты у вас есть?

— Как не быть, сударь. Пройдемте.

Приказчик провел меня в закуток, где обнаружились и зонты, и трости. И еще кое-что обнаружилось.

— Это что? — спросил я, с интересом вертя в руках черный меховой комбинезончик, сделанный явно на маленькую собаку.

— Это графиня Муромцева для своего питомца одежку заказывала, сударь, — пояснил приказчик. — Забрать не успела, умерла, а наследники сдали вместе с остальной одеждой. Только никому это не нужно. Полежит еще немного — на муфту перешьем.

— Зачем же на муфту? — возразил я. — Мне есть кому это презентовать.

— Ботиночки еще есть к этой одежке. Все новое, не надетое ни разу, — обрадовался приказчик. — Не хотите ли глянуть, сударь?

Я хотел. Ботиночки оказались тоже с утеплением, как раз для маленькой собачки. На мой взгляд, и комбинезончик, и ботиночки Валерону будут впору. Я не знал, способен ли он испытывать холод в своей материальной форме, но подозревал, что да — иначе бы не навязывался заранее в мой спальник.