Казус Белли.

Выставив напитанный магией щит, инкуб остановил вал пламени, идущий по коридору, и вмиг призвал копьё.

Дерево стены хрустнуло, от вылетевшей в него брони разлетелась щепой прямо в сторону инкуба.

Меч Гарция опустился прямо на выступ копья, вбив его обратную сторону в пол, но не навредив материалу орудия ни на грамм.

Инкуб соткал несложное плетение и отправил бронированного воина в полёт. В него почти влетела стрела, но лишь пара сантиметров пустоты отделила сталь от его горла.

Влив прилично сырой маны в копьё, инкуб отправил его в полёт в сторону мага, что излил первый вал пламени на его дом.

Щит волшебника треснул от вложенного заряда, но само копьё не смогло пробиться дальше щитов и вернулось назад по его зову.

Драконица тоже не медлила и выставила завесу мрака на огневую точку враждебного лучника.

Внезапно в эту же тьму влетело с десяток волшебных стрел со стороны дома, а сам лучник, вскрикнув, упал с ветви на стылую землю.

Гарций вернулся на землю на своих ногах и, не успевая добежать до инкуба, швырнул что-то сферическое в его сторону.

Посчитав, что ничего хорошего от противника ждать не стоит, инкуб выставил ещё более мощный щит, как в прошлом, и не прогадал: взрыв снёс ещё часть стены и уничтожил щит шрапнелью осколков, что были остановлены лишь личным щитом.

Сейчас инкуб мог хоть три такие бомбы «съесть» личным щитом, но зачем выкатывать такие козыри глупым противникам?

Зачитав заклинание огненного шара, инкуб сменил элемент шара на молнии, и коронарный разряд огласил позицию противников, изрядно прожарив, предположительно, всю группу недругов.

Эх, если бы всё было так просто. Четвёртый член их отряда оказался жрицей, что в одно мгновение напитала их группу жизненной силой, исцелив раны почти всех, кроме лучника, который смог вправить себе лишь помятые кости.

Внезапно позади жрицы из невидимости возник Зеларион и проткнул её насквозь кривым мечом, выпустив хорошую лужу крови.

Инквизитор ударил со всего маху своим непропорционально большим железным дрыном, и на этот раз меч его противника не выдержал, а дроу получил раздробление нескольких костей руки и раны от паха до плеча.

Волшебник что-то крикнул товарищам, а инкуб ощутил завихрения магии.

Люпин попытался было прочитать заклинание отмены, но провалился в этом начинании.

Просто сильно не повезло. И эта компания смылась восвояси в ослепительной синей вспышке схлопнувшегося пространства.

— Суки... Так и знал, что надо было сказать, чтобы в этом Гарцие сделали пару лишних дыр.

— Эй! Всё хорошо? — Маэвис не очень быстро, из-за сильно выросшего животика, подбежала к Люпину.

— Да, свяжись с Алинаэль. У нас раненый.

— Хорошо, — кивнула та.

Зеларион выглядел откровенно плохо, но по проверенной методике инкуб сшил ткани бедолаги. Жизненных сил и потерянной крови это ему не восполнит, но умирать он точно перестал.

— Эй, эй. Ты как, дурень?

— Ха... Встаньте, братья, под бравый стяг и, умирая, славьте флаг, ведь умираем мы шутя. Закуска монстра, смазка топора, расходник деспота и пушечное мясо.

— Так, стоять, ты пока ещё в этом дерьмовом мире, дурень.

— А чёрт... А то я уже было подумал, что так хорошо может быть только после смерти, — отшутился дроу, который только что был чуть ли не перерублен надвое.

— Ладно. Полежи чутка, сейчас отдышусь, и к Алинаэль принесём тебя.

— Да вон она бежит, — кивнул дроу в сторону жрицы, что бежала в попыхах к обугленному дому.

— М-да... Ну и сволочи же в этом мире бывают, — посетовал инкуб на искуроченную стену своего дома. — И ведь в другой не переселиться, все сейчас выданы паломникам.

Инкуб сплюнул прогорклую от дыма слюну и приподнял воина с земли. Алинаэль зачитала какую-то мантру и влила хорошее количество энергии, от которого Зеларион аж засветился слабым белым светом.