Луну тринадцатого полнолуния называют «Голубой луной», а ночь считают исключительной, наполненной магией мира.

Голубой луну не зря так прозвали, не из странного романтизма или прихоти, — тринадцатая луна в ночном небе, действительно, каждый раз появлялась с разными оттенками синего цвета, и всегда это было совершенно завораживающее зрелище.

Считается, что в эту ночь вся вода в открытых водоемах обладает исключительной магической целебной силой, а из цветов с лепестками, цвет которых различается от светло-голубого до темно-синего, можно создать сильнейшие по силе зелья и эликсиры.

За свою недолгую жизнь я шестой раз собиралась наблюдать явление Голубой луны. И довольно часто вспоминала тот день, когда увидела его впервые. Мне было всего три года, отец стоял на балконе нашего родового Замка, на самом верхнем этаже, и держал меня на руках. Рядом стояли мама с Лео, которому было явно скучно. Брат с откровенной тоской в глазах смотрел на редкую гостью Вериуса.

— Малышка, Голубая луна улыбается тебе, — нежно усмехнулся папа. — Видимо, она знает, что ты одна из тех, кто будет всегда с нетерпением ждать тринадцатого полнолуния.

Я любовалась голубым чудом и мне, действительно, казалось, что я различаю глаза-будто темные ямы, расплывчатый нос и губы-тени, которые мне улыбались, как мне казалось тогда, вполне приветливо и добродушно. Маленькое сердечко замирало от восторга, я крепко обнимала отца за шею и несмело улыбалась волшебной луне в ответ.

Свою шестую ночь Голубой луны я ждала одновременно с нетерпением и страхом. Я понимала, что в эту ночь должна принять самое важное решение в своей жизни: остаться навсегда в Замке быстрой реки с родителями и Лео и выйти замуж за одного из воинов, преданных МакВелисам, или... покинуть родной дом, став женой двуликого и вассалкой князя Рейдалии и, возможно, не получив благословение родителей.

Выбор был сложен. Я сомневалась, что смогу его сделать. Казалось, на мои плечи положили тяжелейшую каменную плиту, которая беспощадно придавила к земле, забирая все силы. Каждое утро я вставала, с трудом скидывая эту плиту с плеч, выпрямляя спину и расправляя плечи.

Накануне меня весь день так нещадно ломало, так жестоко бросало то в жар, то в холод, что сначала со всей серьезностью я решила, что заболела. Хотя не болела ни разу за свои восемнадцать лет.

Когда же наступил вечер, и солнце почти зашло за горизонт, я обманула и родителей, и Лео. Я солгала им, что зелье из лунника, который нужно собирать в ночь Голубой луны, необходимо сварить в лесу под чистым небом и под Голубой луной, пользуясь магией волшебной ночи, иначе оно не сможет помочь оборотню. И тогда тот может еще остаться, требуя другого лечения.

Почему-то мне поверили. Причем сразу. Наверное, потому, что раньше я никогда не лгала ни одному из членов своей семьи. Правда, Лео отправил со мной и оборотнями своих верных людей, но Ройдана это обстоятельство не сильно встревожило. Поэтому и я по этому поводу старалась особо не волноваться, благо причин для волнения у меня и так было предостаточно.

***

Я знала, где рос лунник, — в нашем лесу было всего два таких места, которые обнаружили ещё задолго до моего рождения. И именно на эти полянки каждые три года я приходила собирать лунную траву. И не только я, другие целительницы тоже.

Поэтому в эту ночь мы быстро дошли до ближайшей из двух полян. Если бы я не нервничала, то получила бы огромное удовольствие от ночной прогулки, потому что ночи тринадцатого полнолуния всегда светлые, спокойные и теплые, никогда не бывает непогоды и даже тихого ветра. Голубая луна каждый раз светит тихо, осторожно выглядывая среди разрывов ночных облаков, робко благословляя тех, кто наблюдал ее нежное сияние...

Ройдана не было рядом, он якобы остался в замке. Якобы — означало, что на самом деле мужчина обернулся волком и следовал за нами на расстоянии. Меня же сопровождали два оборотня Семура и шестеро людей Лео.

Я отправилась без Мири. Свою помощницу не смогла уговорить пойти с нами, — после последней вылазки нападение дезертиров надолго отбило у Мири охоту к лесным прогулкам. Это меня расстроило, — Мири давно научилась правильно срывать растения и цветы, не ломая их, не причиняя ненужного вреда.

Пришлось показывать оборотням и воинам брата, как аккуратно сорвать цветок и не повредить шершавый, покрытый беловатыми волосками стебель или сердцевидные, зубчатые, такие же волосистые листья, сверху тёмно-зелёные, снизу сине-зелёные. Особенно обращала внимание на крупные, душистые, собранные в метельчатые соцветия цветки с нежно-голубыми лепестками, ни один из которых не должен был выпасть или помяться.

— Ни один! — строго посмотрела в глаза каждого высокого крепкого мужчины; для зелья, которое буду готовить не только для Ройдана, но и для других, мне понадобятся все части растения, которые нужно будет бросить в котелок в свое особое время и с определенным магическим словом.

Когда лунной травы мы собрали достаточно, нашли другую поляну недалеко от Быстрой реки. Один из оборотней развел костер, соорудил необходимую конструкцию из толстых палок и повесил котелок, наполненный волшебной озерной водой, а я принялась отбирать самые яркие по цвету лепестки, замечая, что пальцы мелко подрагивают, а внутри я натянута словно тетива лука Лео.