— Я и Распутин отвлекаем, остальные бейте! — убедившись, что впереди нет противников, я принялся обстреливать полоза, разворачивая его на себя.

Распутин поступил так же.

Мы поливали тварь черным пламенем, но делали ставку не на плотность и силу зарядов, а на скорость передвижения. Своей огромной пастью полоз мог без труда поглотить обоих наших драгунов, так что приходилось еще и держать дистанцию, чтобы усложнить противнику задачу.

— Ты говорила, что зимой они плохо видят! — напомнил я Злате, посылая Чернобога в стремительный рывок, спасший нам жизни.

Полоз вгрызся в землю, оставив на месте укуса воронку, в которую могли бы поместиться несколько грузовых вагонов.

— Они плохо видят зимой из-за того, что солнце отражается от снега, — Злата сжалась вокруг меня. — А здесь только дым и пепел!

— Черт, — бросил я с досады сквозь стиснутые зубы.

Чернобог приземлился, резко развернулся и послал в морду твари три сгустка черного пламени. Кощей метнул копье, метким броском лишив противника глаза. Пока полоз ревел от боли, оружие исчезло из жуткой раны и вернулось в руку владельца.

Три вороненых драгуна атаковали разом, едва враг повернулся к ним спиной. Тихон сконцентрировал мощный столп огня на затылке полоза, а Влад и Степан бросились в ближний бой. Первый размахивал большим двуручным мечом, в руках другого пылал черным пламенем большой топор, которым Степан, как заправский дровосек, ударил по туловищу полоза, словно по дубу. Оружие без труда вонзилось в плоть, оставив после себя широкую и глубокую рану.

Полоз затрясся и рывком высвободил из земли всю свою немалую тушу. Он покатился вперед, стремясь оторваться от атаковавших сзади и одновременно с этим раздавить нас.

— В стороны! — снова скомандовал я.

Почуявшие кровь врага управители на миг замешкались, но все же подчинились. И очень вовремя — на холме громыхнул залп, и сотни ядер заколотили по телу полоза. Оставшиеся за нашими спинами императорские драгуны тоже подключились, без устали поливая тварь огнем.

Справа и слева от нас земля буквально взорвалась, выпуская наружу с дюжину полозов. Они оказались чуть меньше первого, но все равно представляли серьезную опасность.

Засада!

Но это не стало ни для кого сюрпризом. Мы разорвали дистанцию и начали обстреливать их. Подоспевший с фланга отряд императорских драгунов обрушился на полозов кованым кулаком, разметав их и заставив биться на два фронта.

Для полного разгрома не хватало еще одного залпа, но пушки и драгуны со стороны лагеря молчали. Бросив мимолетный взгляд в ту сторону, я увидел сотни выбравшихся из-под земли извергов, которые вместе с мелкими полозами атаковали солдат.

Бойцы при поддержке ворожей пока сдерживали натиск. Прикрывавшие наши спины драгуны покинули позиции и поспешили им на выручку. Разумнее было разделить их отряд на две части, оставив одну на позиции. Но это решение принимал не я. Придется нам здесь самим разбираться с проблемами.

Едва мы остались без прикрытия, как из-под земли на окраинах города выбрались новые твари. Злые, голодные и жадные до крови, они немедля ударили в тыл оказавшимся на руинах города императорским драгунам. Всего несколько мгновений, и управители оказались в клещах.

— Вот теперь пойдет потеха! — хохотнул Степан, а его проклятый драгун крутанул в руках зловещий топор. — Нынче иродов на всех хватит, братцы.

— Строй клином! — рявкнул я, не разделяя бодрого настроя подопечного. — Прорываемся.

Мы мгновенно перестроились и поспешили на выручку боевым товарищам. Даже оказавшись в клещах, императорские драгуны бились отчаянно и сумели организовать круговую оборону. Насколько я знал, командовал ими все тот же герцог Вюртембергский, а он бился с полозами не первый год, так что должен сдержать натиск врага до нашего прибытия.

Что же до лагеря — оставалось лишь надеяться, что защитники справятся.

Быстро сократив дистанцию до ближайших противников, мы обрушились на них кованым из черного абсолюта кулаком. Воздух раскалился от выпускаемой энергии, а визг и стрекот разрываемых на части полозов не смолкал ни на миг.

Стоило отдать ненавистному врагу должное, он хорошо просчитал действия армии Российской империи. Но не учел одного — отряда вороненых драгунов. Мне уже приходилось сражаться бок о бок с другими боевыми доспехами, но, при всей своей мощи, они не шли ни в какое сравнение с проклятыми. Воронёная броня сдерживала разрушительные удары, а охваченное черным пламенем оружие возвращало их с троицей.

Руины разрушенного Лейпцига тонули в крови врагов, но даже такое ее количество не могло утолить тот голод, что испытывали воронёные драгуны и их управители. С каждым убитым полозом нам хотелось еще. Но если я мог справляться с черной яростью, то моему отряду приходилось прилагать все усилия, чтобы держать гнев в узде.