— Я хотел бы в этом участвовать.

— Желаете отдавать долги лично? — улыбнулся Петр.

— Именно, — я кивнул. — А еще у меня к вам просьба.

Нечаев вопросительно поднял бровь.

— Мне нужно поговорить с Кутузовым, — произнес я. — Срочно.

Визит к Императору пришлось отложить. В свете событий на реке Неман наша армия спешно отступала. Оставлять людей на убой между полозами и французами никто не собирался, поэтому бойцы спешили к Москве. Разумеется, потери имелись, причем немалые и, к сожалению, с каждым днем они только росли.

Наполеон со своими войсками уверенно двигался вперед. Именно поэтому действовать приходилось очень быстро. Правитель Российской империи приказал Кутузову не подпускать врага к Москве. И светлейший князь собирался выполнить приказ любой ценой. Это я понял из короткого разговора, который смог устроить нам Нечаев.

Впрочем, тут имелась заслуга не только главы Тайной канцелярии, но и моя собственная. Никого другого Кутузов, скорее всего, и слушать бы не стал. Но, принимая во внимание мои былые заслуги и доверие, которое оказал мне сам Император, великий полководец согласился на аудиенцию.

Мы встретились в деревне Шевардино, где наши войска спешно возводили укрепления. Я прибыл в драгуне, чтобы сэкономить время, которого и так почти не осталось. С высоты Чернобога суетящиеся внизу солдаты больше походили на муравьев, перед закатом стремящихся сделать все необходимое прежде, чем закроются входы в муравейник.

Служивые сразу заметили приближающегося воронёного драгуна. Некоторые встречали меня с улыбкой, другие с недоверием. Находились и те, кто поспешно отводил глаза и крестился. Вокруг Чернобога теперь ходило множество слухов и суеверий. Его считали как вестником победы, так и посланником смерти, потому как любое его появление сулило неминуемое кровопролитие.

Но я плевать хотел на суеверия. Битва при Бородино свершится как с моим участием, так и без него. Но объяснять это каждому солдату не имело никакого смысла. Ведь их тут собралось столько, что у меня глаза разбегались. Десятки тысяч бойцов, коней и сотни орудий производили неизгладимое впечатление.

Несмотря на то, что о войне я знал не понаслышке, современные ее проявления не предполагали такого скопления живой силы, как здесь и сейчас. Соберись столько солдат в одном месте в моей реальности — противник живо накрыл бы всех артиллерией. Но в этом времени еще не появилось Сталина, который сказал бы, что артиллерия — бог войны. На этом поле боя ведущую роль играли драгуны.

Чуть в стороне от лагеря созданные из абсолюта колоссы замерли ровными рядами в немом ожидании боя. Драгуны являли собой воплощение самой стихии войны: безжалостные, неумолимые и неотвратимые они смотрели за горизонт, туда, откуда придет враг.

Я никогда прежде не видел столько боевых доспехов разом, но знал, что здесь собраны далеко не все: по пути из Москвы мне довелось видеть и другие группы драгунов. У каждого из управителей была своя задача, и от того, сколь умело он выполнит ее, зависели судьбы не только его сослуживцев, но и всей Российской империи.

Впрочем, это утверждение касалось и любого из обычных бойцов. Все они преисполнились мрачной решимости и держались храбро. Я же, покинув Чернобога и проходя меж ними пешком, надеялся, что каждый солдат переживет этот бой.

Но все мы знали, что такого не случится…

Хмурые бойцы провожали меня мимолетными взглядами. Те, кто не видел, как я спустился с воронёного драгуна, недоумевали, что среди армии накануне битвы делает молодой парень в гражданской одежде. Но, несмотря на читавшиеся в глазах вопросы, никто из служивых не заступил мне дорогу.

— Михаил Семенович, я полагаю? — из общей массы вышел юноша с пышными бакенбардами и ясными, воинственно сверкающими глазами.

— Он самый, — я кивнул надеясь, что с прошлым Воронцова покончено и у этого парня нет ко мне никаких личных счетов — сейчас было не до этого. — С кем имею честь?

— Алексей Кожухов, — молодой человек чуть склонил голову. — Адъютант генерала Михаила Илларионовича Кутузова. Он велел мне встретить вас и сопроводить в его шатер.

— Рад знакомству, Алексей, — я пожал руку парня, который казался чуть младше меня. — Ведите.

— Следуйте за мной, — несмотря на то, что под каблуками его начищенных сапог вместо плаца расползалась грязь, адъютант Кутузова ловко развернулся на месте и повел меня вперед.

На самом деле я приметил ставку командования еще с высоты Чернобога и уже продумал маршрут, но отказываться от сопровождения не стал.

— Михаил Илларионович высокого мнения о вас, — негромко сказал мне молодой адъютант, когда я догнал его. — Но не весь командный состав разделяет его мнение.

— Мне ждать чего-то неприятного? — сразу спросил я, оценив честность и прямоту сопровождающего.