— Нет, мне еще нужно доставить полученные доказательства на Западный Венген и дождаться решения, но вам не о чем волноваться, — с неожиданной отеческой теплотой сказал он моей жене. Ух ты, как он с ней… Словно дедушка родной. Он кивнул мне на прощание, и я уважительно кивнул в ответ. — Пойдем, Байрон, нам нужно обсудить еще кое-что.

— Не уходи, дождись меня, — сказал мне Байрон и вывел советника с арены.

Шелли и Сет долго смотрели друг на друга, а потом одновременно облегченно выдохнули. Прямо как дети, которые нашкодили, но чудом избежали порки. Потом они крепко обнялись — это был, наверное, самый радостный момент за весь день. Пока Шелли вдруг не оттолкнула брата.

— Сет, — она мгновенно завелась. — Где ты… как ты мог?! Ты хоть представляешь?.. Ааааа!

Взбешенная, моя феникс закрыла лицо руками и как-то протяжно зарычала. Но когда она опустила руки и гордо вскинула голову, обрамленную огненными кудрями, вид у нее был снова спокойный и царственный, как обычно. Женская логика — вещь непредсказуемая.

— Рада снова видеть вас, Хлоя и Хелли, — сказала она тоном настоящей леди из высшего общества. — Или правильнее будет сказать Иди и Ада? Большое спасибо за то, что помогли очистить репутацию моего мужа. Услуга, оказанная моему брату, была лишней.

— Ну Шелли! — обиженно протянул Сет.

— Чтобы выразить вам нашу благодарность, приглашаю вас провести ночь в Медвежьем углу, если никто не имеет ничего против, конечно, — сказала жена и так выразительно на меня посмотрела, нетерпеливо вскинув бровь. Явно ждала, что я начну возражать. Ну уж нет, делать этого я, конечно, не собирался. Девчонки вроде нормальные, да и Иди явно нужно отдохнуть.

— Да, пожалуйста. Мы будем рады оказать вам гостеприимство, — улыбнулся я девушкам-магам.

Ада, поддерживая младшую сестру под руку, окинула нас теплым взглядом своих серебристых глаз.

— Мы пробудем на Сканно еще некоторое время, и сегодняшний вечер у нас свободен, — сказала она, вежливо склонив голову. — И моей сестре не помешало бы немного отдохнуть.

— Ада! — возразила Иди, но ее никто не слушал.

— Значит, решено! — заявила Шелли с такой фальшивой радостью и преувеличенным энтузиазмом, что сразу стало ясно — она все еще злится. Потом резко развернулась и быстрым шагом вышла с арены.

— Да что происходит? Шелли! — Сет, похоже, разволновался из-за ее резкого ухода и побежал за ней, крича ей вслед, чтобы она подождала. — Шелли, поговори со мной, пожалуйста!

— Похоже, им есть о чем поговорить, — сказал я, неловко переминаясь с ноги на ногу. Меня оставили тут с двумя почти незнакомыми девчонками. Отлично. — Может, выйдем на улицу?

Когда мы подошли к карете, выяснилось, что Шелли все еще дуется на Сета. Бедолагу снова сослали сидеть на козлах.

— Макс! — окликнул меня Байрон, высунувшись из дверей конюшни, примыкавшей к зданию арены.

— Сейчас поговорю с ним, и поедем домой, — сказал я соколу. Он сидел с отсутствующим видом, подперев подбородок кулаком. Я уж думал, Сет пропустил мои слова мимо ушей, но он молча кивнул. Так и подмывало съязвить что-нибудь в его адрес, но нужно было идти.

Я, усмехаясь себе под нос, пошел к сараю — узнать, чего от меня хочет Байрон. Интересно, что еще? Надеялся, дело на пару минут. Типа поздравительного похлопывания по плечу или предложения собраться семьями на шашлыки.

Однако, когда я вошел и увидел, что советник Кроули все еще там, и лицо у него было совсем не радостное, понял, что все куда серьезнее.

— Что случилось? — спросил я, чувствуя, как неприятный холодок пополз по спине.

— Хранитель Ходж убит, — сказал Рамзи, лицо которого стало пепельно-серым.

Заявление Байрона Рамзи как-то неожиданно сильно меня пришибло. Я этого Хранителя Ходжа видел-то всего раз в жизни, мельком, но новость о его смерти заставила меня сдуться, как проколотый воздушный шарик. Вроде и не знал человека толком, а все равно неприятно и тревожно стало, прямо под ложечкой засосало.

— Мужик, который за Храмом Солнца присматривал, мертв? — Страх, до этого просто холодом по спине ползший, теперь уже добрался до кишок и крепко так скрутил желудок. Чувство было такое, будто я съел что-то несвежее. — Но как? Почему?

— Боюсь, ты задаешь неправильные вопросы, Макс Медведев, — сказал ястреб, Кроули этот. Он шагнул вперед, руки за спиной скрещены, сама важность. Стоит, как памятник себе. — Самый уместный вопрос здесь: «Почему?» Почему убили хранителя Ходжа? И что это может значить для нас?