— Беспокоиться нечего, раньше у меня бывали ранения посерьезнее, и я прекрасно восстанавливался при меньших хлопотах, — он улыбнулся, но я почему-то ни на секунду не поверил его словам, поэтому повернулся за подтверждением к мадам Брайт.

— Он говорит правду? — она, ухмыльнувшись, показала Сету язык.

— Врет, как дышит, не верь. На этот раз он оказался ближе к смерти, чем когда-либо, — сказала женщина и недовольно дернула большим ухом. — Ты же знаешь, я всегда вижу, когда ты лжешь.

Сет фыркнул, но опустил взгляд на свои согнутые в коленях ноги и смущенно проворчал что-то неразборчивое.

— Но он же выкарабкается? — хотелось понимать полную картину и быть уверенным в этом, прежде чем обнадежу хорошими новостями Шелли.

— Я поговорила с вашим управляющим о том, что Сету нужно будет выпить еще одиннадцать чашек настоя из желтой коры до конца ночи, а завтра ему потребуется целый день покоя и отдыха. И никаких исключений! — мадам Брайт выставила вперед небольшую ладошку, чтобы остановить протесты, которые готовы были сорваться с губ молодого человека.

Вместо этого он снова надулся и стал ворчать что-то о том, что ненавидит сидеть на одном месте.

Неумолимая, но хорошо знающая свое дело женщина, проигнорировала это и начала ощупывать его рану.

— И даже еще через день ему не разрешается ничего более тяжелого, чем короткие прогулки по коридору.

— Ну это уже подло! Ты говоришь это из вредности! — протестуя, Сет попытался приподняться повыше, но острая боль в боку заставила его пересмотреть планы.

Я снова рассмеялся над его выходками.

В комнату вошел Бруно, держа в руках поднос с тремя чашками, от которых шел пар. Сет замолчал, лицо его позеленело.

— Вот еще немного чая, который вы просили, мадам, — сказал он, и я завис, пытаясь понять, что вообще происходит. Они были и раньше знакомы? Или она успела покорить моего неподкупного управляющего за пару часов, что находилась здесь? В последнее время старик стал более приветливым, чем в тот день, когда мы познакомились, но с ней он говорил с особой теплотой и трепетом. Он постоянно улыбался, глаза блестели… Какого хрена? — Вы уверены, что не сможете остаться на ночь? У нас есть неплохие покои. Они простоваты, но… Если, конечно, хозяин не против.

Бруно поспешил добавить последнее замечание. Было такое ощущение, что он не сразу меня заметил. Честно говоря, мне показалось, что он вообще забыл, что в комнате находится кто-то, кроме него и мадам Брайт.

Меня осенило внезапной догадкой. Возможно, обычно закрытый и сдержанный Бруно по уши влюблен в эту эксцентричную женщину.

— Буду только рад, — от новых открытий улыбка медленно поползла по моему лицу. — Вам определенно следует остаться у нас. Уже темнеет, и уверен, вам и самой будет спокойнее, если сможете остаться поблизости и наблюдать, как наш непослушный пациент соблюдает режим.

Выражения лиц Бруно и Сета в тот момент были бесценны, каждое по-своему. У сокола черные перья на голове встали дыбом, его мимика транслировала исключительно шок и ужас. Управляющий же расцвел. Его уши затрепетали от восторга так сильно, что он вполне мог на них взлететь.

— Хмм… — вслух размышляла мадам Брайт, не обращая никакого внимания ни на поклонника, ни на больного. — В твоих словах есть смысл. Напомни-ка, кто ты такой?

Она смотрела на меня так, будто видит впервые. Ладно, сделаю скидку на то, что она была взволнована и торопилась к раненому.

— Макс Медведев, хозяин этого поместья, — сказал с улыбкой и поцеловал тыльную сторону ладони, которую она протянула для приветствия. — Мы уже знакомились сегодня, разве вы не помните?

Полоумная жрица проморгалась, и странный туман, застилающий ее глаза, исчез. Она сложила два и два, кажется, до нее начинало доходить. В принципе, думаю, если бы я тоже ловил такие приходы из потусторонних миров, то тоже мог бы забыть такую мелочь.

— Точно, Ашер, который надрал задницу этой гадкой свинье, Дуэйну, — ее очки блеснули в свете настенных факелов. — Мы встречались у входа.

Бруно одернул воротник и откашлялся, как будто в помещении стало жарко, но почувствовал это только он один.

Моя улыбка стала шире.

— Да, наш хозяин одержал победу над этим болваном! — его большие, мохнатые уши снова задрожали, в руках он безостановочно вертел монокль. Бруно подмигнул мне. — И мы стали жить намного лучше.

— Хмм… — снова промычала она и начала с интересом разглядывать каждого из нас, как будто все мы были представителями нового биологического вида, которые она бы с радостью препарировала. — Договорились, я останусь.