Мы закончили очень вовремя, потому что стоило нам только загнать животных в сарай, солнце село за горизонт и Долина Рамзи окрасилась во все возможные тона синего.

Пока мы с Мило шли к воротам поместья, я глубоко вдыхал посвежевший с заходом солнца воздух. Поработав и проветрившись, я понимал, что мысль о том, чтобы навестить Сета, меня больше не пугает.

— Пойду посмотрю, как дела у Сета, — сказал добродушному еноту, идушему рядом со мной. — И еще, могу я попросить тебя об одолжении?

— Тебе не нужно просить, я всегда рад помочь, — сказал он и немного сдвинул назад кепку, чтобы небольшой козырек не мешал ему смотреть в глаза. — Что я могу сделать для своего друга?

Услышав, что Мило назвал меня другом, довольно улыбнулся, да так, что чуть морда не треснула. До него наконец-то дошло, что мы все здесь равны.

Может, и не за пределами поместья, но начало уже было неплохим.

— Из-за всей этой суматохи из головы вылетело, что экипаж, в котором мы с Шелли прибыли, все еще полон вещей. Их нужно распаковать, — объяснил ему суть просьбы.

— Предоставь это мне, — отчеканил он и снова натянул кепку, чтобы она нее сваливалась.

— Тебе не обязательно заниматься этим прямо сейчас, — поспешил добавить. — Можешь перекусить, отдохнуть, заняться своими делами, главное — найди щетку с серебряной ручкой. Все остальное может подождать, но эта щетка нужна нам сегодня.

— Не волнуйся обо мне, — отмахнулся Мило. — Проведай друга, загляни к женам. У меня все под контролем.

— В этом я даже не сомневаюсь, — мы пожали друг другу руки.

Не мешкая больше, я рванул в поместье и вихрем поднялся на второй этаж. Меня поддерживала только надежда на то, что целительница помогла Сету, и его состояние улучшилось с тех пор, как видел его в последний раз. Ну и еще то, что скоро увижу Риту и Шелли.

Первым, что я увидел, войдя в скромно обставленную гостевую спальню, был Сет, который сидел, оперевшись на подушки. Ясный взгляд блестящих глаз, румянец, постепенно возвращающийся на щеки, были явным свидетельством того, что ему стало лучше. Похоже, ему больше ничего не угрожало, можно было выдохнуть хотя бы по этому поводу.

— Черт возьми, женщина! Хватит пихать в меня эту дрянь! — раздраженно уворачивался сокол от эксцентричной летучей мыши, которая пыталась накормить его чем-то из маленькой глиняной миски.

— Это последнее, — пообещала она и поднесла дымящееся варево к его рту.

— Ты уже говорила это три полных чашки назад! — он надулся и сложил руки на груди, как пятилетка, которая упрямится и отказывается принимать лекарство от кашля.

— И три чашки назад ты не мог вспомнить свое имя! А теперь ты сидишь в постели и споришь с теми, кто знает лучше тебя! Так что будь добр, выпей и скажи спасибо, — со знанием дела отчитала его мадам Брайт.

— Это правда, — покаянно вздохнул Сет, принимая из ее рук чашу. Мне показалось забавным, что он сдался так легко. Как будто ему доставляло истинное удовольствие, что вокруг него так суетились и уговаривали. Фамильярность между этими двумя давала понять, что знакомы они уже очень давно.

— То-то же! — хихикнула летучая мышь. — Как был капризным мальчишкой, так и остался.

— Ты самая ужасная ведьма! — сказал Сет, скорчив гримасу, и заглянул в глиняную чашку так внимательно, будто там была написана его судьба. Затем он зажмурился, зажал рукой нос, залпом проглотил напиток и вздрогнул. Такое ощущение, что она его болотной водой отпаивает. Не знаю, что там такое, но оказаться на его месте мне бы не хотелось. Отдышавшись, он пробормотал что-то невнятное и явно не лестное, и отдал посудину жрице. — Ужасно!

Он стал демонстративно откашливаться, морщиться и плеваться, но на нее это не произвело никакого впечатления, а вот я не смог удержаться от смеха.

Шелли хотела быть счастливой, именно поэтому я был так раз его стремительному восстановлению. Она уже познала жизнь, полную горя, и мне хотелось, чтобы она узнала и другую, радостную. А это было бы невозможно, если бы с Сетом что-то случилось.

— Ведешь себя хуже ребенка, — щелкнула языком мадам Брайт, ставя чашку на приставной столик. Там уже стояла целая батарея из стеклянных флаконов с засушенными травами, корешками и какой-то жижей. В принципе, если она уже впихнула в него все это, его поведение можно понять и простить. — У тебя гость.

— Медведев! — радостно воскликнул Сет, когда наконец заметил меня, прислонившегося к дверному косяку. — Входи скорее.

Он указал на край кровати. И хотя молодой человек казался оживленным и набравшимся сил, то, как он придерживал раненый бок и морщил лицо от боли, принимая нужную позу напомнило, в каком состоянии он пришел к нам всего несколько часов назад.

— Привет, дружище! — поздоровался и сжал его руку, протянутую для приветствия, присаживаясь на постель. — Как твои дела?