Из поясной сумки Эва достала монокуляр — серебряный цилиндрик с линзами. На металле просматривались насечки и выгравированные руны. Это явно была не простая оптика, а магическая.

— Дорогая игрушка, — сказала Эва. — В деревне такой ни у кого нет. Пока вы не прилетели, я уже раза три-четыре её вытаскивала, но так и не решилась использовать. Боюсь разглядеть там что-то, чего видеть не хочу. Безотчётный страх…

— Не заморачивайся, — успокоил я, — сейчас сам проверю. Как с этой штукой правильно обращаться?

— Она настраивается на флюидные колебания. Если знаешь заранее, где расположен объект, то засечь его будет легче. И ракурс можно варьировать — чтобы заглянуть за препятствие, например, если оно мешает.

— Ишь, до чего магия дошла…

Взяв монокуляр, я сказал:

— Ну, дамы, приступаем. Откуда там тянет гнилью? Направление обозначьте.

Эва и Хильда, снова прислушавшись, указали вперёд и немного влево. Я поднёс монокуляр к глазу, прикинул расстояние и посмотрел в ту сторону.

Поначалу никаких магических спецэффектов не наблюдалось — оптика просто давала увеличение. Перелески приблизились, вполне заурядные. Лиственные деревья, между ними прогалины с зелёной травой.

Но я продолжал обшаривать взглядом нужный квадрат — и вскоре заметил лёгкую рябь над кронами. Это напоминало помехи, искажающие телекартинку. Теперь я понял, что учуяли дамы. Там, за деревьями, было что-то неправильное — грязная клякса, отравленное пятно. Так это ощущалось, по крайней мере.

И наконец-то в монокуляре включилась магия.

Ракурс плавно сменился, хотя я держал трубку неподвижно. Передо мной как будто повернулась три-дэ-модель, открыв мне детали. Деревья больше не загораживали обзор — я увидел поляну сверху.

— Фигасе, — пробормотал я.

На поляне лежал скелет «птеродактиля».

Рёбра, продолговатый шипастый череп, хребет с хвостом и те кости, на которых прежде крепились крылья…

Казалось, скелет пробыл здесь уже десятки, если не сотни лет — на нём не осталось ни мышц, ни кожи. Вся эта мерзость была присыпана то ли каменной пылью, то ли металлическим порошком. Трава почернела.

Я опустил монокуляр, морщась. Хильда спросила без особой уверенности:

— Можно мне тоже посмотреть? Там что-то очень страшное?

— Кости «птеродактиля», — сказал я. — Не то чтобы страшно, но неприятно. Если не увидишь, то ничего не потеряешь, честное слово.

— Что за птеродактиль? — с недоумением спросила Эва.

— Летающая зверюга. Водится в другом мире.

Взяв у меня приборчик, Эва поколебалась, но всё-таки взглянула через него на лес. Она лучше чувствовала пространство, поэтому эффект в её случае оказался сильнее. Вздрогнув от отвращения, она отвернулась.

— Раньше не видела таких ящеров? — спросил я.

— Нет, но… Как ни странно, веет чем-то смутно знакомым…

— Ну, я же говорю — мы предполагаем, что бы была в том мире, просто забыла.

Эва села на камень и с полминуты молчала. Затем проговорила:

— Скелет на вид — очень старый, но местные говорили, что плохой фон появился не так давно, недели три назад… Видимо, просто магия ядовитая, быстро разъела тушу… А деревенские туда не заглядывали, просто обходили то место…

— Недели три? — повторила Хильда. — Но если так, то…

— Да, — подтвердил я. — Он прибыл на хаб как раз перед тем, как у нас начались занятия. Его интересовала ямская школа, и он хотел с самого начала держать Джино под контролем. Вопрос только — для чего всё это?

Хильда посмотрела на Эву:

— Простите, что втягиваем вас в это, но вы же видите — происходит что-то опасное. И ваши воспоминания могли бы помочь в этом разобраться. Если бы вы согласились встретиться с магом разума…

— Похоже, придётся, — вздохнула Эва. — Илла сказала, что ждёт меня…

— Мы можем сейчас вернуться к ней вместе.

Эва кивнула и подошла к нам ближе. Хильда взяла листок, полученный от мага пространства, и надорвала его вдоль второй пунктирной черты. Завертелся флюидный смерч, пейзаж вокруг нас размазался, перекрасился — и скомпоновался заново.

Мы стояли на заднем дворе у Гирта.

Открылась дверь, маг вышел из дома. Следом за ним появилась Илла, поправляя на ходу платье. Пока нас не было, они, кажется, уладили свои разногласия.

— Вижу, — сказала Илла, — прыгнули вы успешно. Рада познакомиться лично, Эва. Хотя, к сожалению, повод — так себе. Значит, всё-таки попытаемся растормошить твою память? Проверим, что ты забыла?