Шрифт:
А потом… тишина.
– Ты выстрелил в меня… – выдохнула Ана.
Крикет переводил взгляд с нее на репликанта и обратно.
– Что?
– Убери его от меня, – задыхаясь, прошептала она.
Звуки стрельбы. Шесть пуль пробили асфальт, очертив вокруг нее аккуратный полукруг.
– Успокойтесь-ка, барышня, – предупредил Ану Проповедник.
– Ана… – с мольбой окликнул ее Иезекииль.
– Отвяжись от меня! – пронзительно закричала она.
Проповедник выстрелил в воздух и заорал во все горло:
– А ТЕПЕРЬ ВСЕ, ЧТОБ ВАС, ВЗЯЛИ И УСПОКОИЛИСЬ!
Выстрелы утихли, и повисла звенящая тишина. Охотник за головами кивнул, явно довольный собой. Он убрал пистолет в кобуру, махнул огнеметом в сторону покореженной машины и загробным голосом произнес:
– Можешь уже вылезать оттуда, Пташка. Иначе я могу забыть о манерах и всадить пулю в голову мисс Карпентер. Мне все равно заплатят.
Иезекииль выполз из помятого кузова, и Титаны тут же наставили на него свое оружие. Их оптические прицелы засветились, стволы автоганов пришли в движение.
– Агент, нам уничтожить его? – спросил пилот.
– Нет, – ответил Проповедник. – Не открывать огонь до тех пор, пока я не отдам приказ. Этот ордер является первым приоритетом. Утвержден советом правления, как поняли?
– Вас понял. Ожидаем дальнейших указаний.
Охотник за головами стащил с себя противогаз и полез в изодранное пальто. Выстрел из дробовика разорвал ему грудь, и под растерзанной плотью засверкал металл. Порывшись в кармане, он сунул за щеку щепотку синтетического табака. Потом поднял огнемет и наставил его на Иезекииля.
– Так и лежи, Пташка. Я видел, что сделал огонь с твоей старшей сестрой, там, в Армаде. Так что не двигайся, если, конечно, тебе не нравится запах жареного мяса.
Ана сморгнула слезы, страх перед Проповедником тут же заставил забыть о переполняющих ее ярости и ненависти. Девушка бросила взгляд на Кайзера, все еще неподвижно лежащего в пыли. Рядом с ним валялась ее сумка, внутри которой блестела красным граната из термекса. Но они были так далеко…
Она посмотрела на Проповедника. На ствол его пистолета. И вдруг снова оказалась в той камере. Ее руки были испачканы кровью. И лицо тоже. Рядом лежали тела ее родителей, брата и сестры. Над ней стоял Габриэль. Из-под спутанных светлых волос сверкали зеленые глаза. Голос Мириад звучал словно издалека, умоляя репликантов остановиться. Красивое лицо Уриэля, обрамленное длинными черными волосами, исказилось от злобы. В глазах Хоуп все еще стояла нерешительность, хотя ее руки уже были в крови. Взгляд Фэйт, когда-то самой близкой подруги Аны, теперь был пуст и холоден.
И он был с ними.
– Что плачем, барышня?
Ана с вызовом взглянула на охотника за головами, изо всех сил стараясь отогнать слезы. Но тщетно. Они лились нескончаемыми ручейками. Потом она посмотрела на Иезекииля, увидела неприкрытую боль в его лице, и земля под ней раскололась, утягивая вниз, в бездну…
– Ана… – взмолился он. – Позволь мне все объяснить…
– Заткнись! – закричал на него Крикет. – Ты делаешь только хуже!
Ана не чувствовала свое тело. Не могла дышать. Все эти нагромождения лжи… Она села на асфальт, обхватила руками колени и стала слушать, как ее жизнь разлетается на миллионы окровавленных осколков.
Проповедник посмотрел на рыдающую девушку, потом на парня, который был почти человеком, и что-то проворчал.
Потом сплюнул на пыльную дорогу и отправился обходить останки машины, не сводя огнемет с Иезекииля. Пилоты машин бесстрастно наблюдали за происходящим, держа под прицелом Ану и Иезекииля, и ждали команды. Может, будет даже лучше, если их убьют, решила Ана. Она просто закроет глаза и будет слушать песню пуль.
Проповедник постучал пальцем по своему горлу и сосредоточенно нахмурился.
– База, прием, это Священная книга. Повторяю, База, это Священная книга. Задание выполнено. У меня тут бонус, который может быть вам интересен. С ним было много проблем, и я решил, что ваши технари захотят заглянуть в голову этой редкой пташки. Меня нужно забрать из…
Мужчина моргнул, услышав странный звук, и обернулся. На земле, виляя хвостом, сидела ржавая металлическая собака. Пес выглядел почти настоящим, но год назад его мех начал изнашиваться, поэтому Ив сняла его и раскрасила металлический корпус в цвет городского камуфляжа. А сейчас он был похож на скелет – сплошь композитные пластины и гидравлика.
Таким он ей даже больше нравился.
Собака держала в зубах красный цилиндр. Он был помечен маленьким черепом с скрещенными костями и штампом «ВЗРЫВЧАТОЕ ВЕЩЕСТВО». Это была самодельная граната, и сообразительный блитцхунд сразу понял, как убрать чеку.
Его глаза светились кроваво-красным.
– Кайзер… – прошептала Ана.
– Гав! – ответил пес.
БУ-УМ!!!
Термекс вспыхнул огненным ореолом, взрыв был оглушительным. Ану обдало пылью и жаром, и она закрыла глаза. Крикет испуганно прижался к ней. Девушка встала на колени, выкрикивая имя Кайзера. В небо поднялся большой огненный шар. Вокруг клубился черный дым, сверху посыпался дождь металлических обломков. Проповедник неподвижно лежал с широко раскрытыми глазами. Нижняя половина его тела была оторвана взрывом.