— Я знаю, — Броня подняла глаза. — Я знаю, потому что ты со мной.

Из вагона вынырнул Сенька и забрал Брониславу, Алексей тепло попрощался с Корком и тоже вошел в вагон.

От своих щедрот командование выделило роскошный спальный вагон высшего класса. Лекса даже не подозревал, что в этом времени можно путешествовать с таким комфортом, но расстраиваться не стал, проверил размещение пленных, а потом уселся в шикарном кресле, достал походную чернильницу с перьевой ручкой и положил на стол чистый лист бумаги.

Пронзительно загудел паровозный гудок, вагон дернулся и покатился, постукивая колесами на стуках рельсов.

Алексей улыбнулся и принялся писать очередной доклад. Так и провел с пером в руке всю дорогу, с редкими паузами.

К счастью, никаких происшествий по дороге не случилось, в Москву добрались к полночи, а на перроне поезд уже встречали, но не люди из ОГПУ, как думал Алексей, а почему-то комендантская рота Штаба РККА.

Молодцеватый, затянутый ремнями комроты передал Алексею письменный приказ за подписью Фрунзе, после чего, тоже под роспись, принял все документы с докладными записками, откозырял и пророкотал хорошо поставленным оперным баритоном.

— Товарищ Турчин, мне предписано доставить вас и ваших сопровождающих к местам жительства. А вам предписано явиться завтра в двенадцать ноль-ноль на прием к начальнику Штаба РККА товарищу Фрунзе.

Алексей облегченно вздохнул. Честно говоря, он побаивался, что его прямо на вокзале арестуют.

— Не-не, меня не надо, я сам доберусь! — Семен шутливо отдал честь. — Ну что, Ляксеич, я пошел? Где ключи от флигелька в Марьиной роще, я знаю. А завтра, как штык на службе… — он поправил ремни Льюиса и немецкого противотанкового ружья на плече и недоуменно уставился на комроты и Алексея. — Чего не так? — И тут же ахнул. — Аа-а…

Алексей едва не расхохотался и пояснил коменданту:

— Образцы иностранного оружия, доставлены для изучения.

— Никаких вопросов, товарищ Турчин, — комроты развел руками. — Но лучше, я все-таки вас развезу по домам. Объясняйся потом с патрулями, мороки не оберешься.

Все вопросы снялись, Алексей попрощался с Бриедисом и сел в автомобиль, а Семку с его арсеналом погрузили в грузовичок.

Войдя в парадное «калабуховского» дома, Алексей чуть не припустил бегом по лестнице, но все-таки сдержался. Бронислава с виду выглядела совершенно спокойной и даже отрешенной. Алексей много ей рассказывал о Гуле и Сашке с Машкой, Броня воспринимала свое будущее вполне нормально, но, все же, Лекса не ожидал от нее такой невозмутимости.

Щелкнул замок, с легким скрипом отворилась дверь. Коридор в квартире освещал свет керосиновой лампы, пробивавшийся приоткрытой двери кабинета.

Как только Лекса шагнул в квартиру, из спальни выскользнул Сашка в майке и трусах до колен, после чего сходу взял Алексея с Брониславой на прицел маленького «Фроммера- Беби».

Но сразу же опустил пистолетик и застыл, словно окаменел, не сводя взгляда с Брониславы.

Лешка едва не расхохотался. Броня в своем новом наряде выглядела просто очаровательно. С огромными глазищами, белокожая, тоненькая и стройная, в шляпке с лентами, в красивом расклешенном пальтишке и высоких шнурованных ботиночках она походила на героиню японского аниме.

Бронислава растянула уголки рта в едва заметной улыбке и присела в изящном книксене. Сашка открыл рот и пошатнулся, но с места не двинулся и не смог выдавить из себя даже слова.

Впрочем, неловкая пауза длилась всего несколько секунд. Из своей спальни выскочила Машка, уже с миниатюрным Кольтом модели 1908 года в левой руке, как всегда, мгновенно оценила обстановку и отвесила Сашке подзатыльник. После чего послала Алексею воздушный поцелуй, взяла Броню за руку и утащила в свою комнату.

Алексей улыбнулся и пообещал себе поутру снова разоружить непутевых чад, но тут, наконец, Сашка очнулся и уткнулся Лешке головой в грудь с ревом.

— Приеха-аал, зна-ааешь, как мы ждаа-али, уу-у…

Но почти сразу отпрянул и нарочито грубым голосом забурчал.

— Иди к ней, иди, ждет очень тебя, очень-очень. В твоем кабинете она…

Алексей кивнул, не глядя, повесил на вешалку за ремень пистолет-пулемет и, с трудом передвигая онемевшие от дикого волнения ноги, пошел к кабинету.

Шаг, второй, третий…

Лекса осторожно открыл дверь и замер на пороге.

Гуля спала на диване, свернувшись калачиком и подложив под голову обе руки. По подушке красиво рассыпались иссиня-черные волосы. Мягкий свет керосиновой лампы красиво подсвечивал кожу, делая ее лицо похожим на мраморное изваяние.

Алексей застыл на месте, точно так же, как Сашка минутой раньше. Ноги окончательно онемели, а язык напрочь отнялся.

Гуля внезапно открыла глаза и, едва слышно прошептала, не отрывая от Лешки взгляда.