У меня язык не поворачивался сказать «Да».

— Есть ли причина, по которой ты постоянно швыряешь это мне в лицо? Это мои деньги. Что я с ними делаю — это мой выбор.

— Пока это не станет проблемой мамы. — Он махнул рукой в сторону нашей мамы. — Она должна сидеть в студии и прикрывать тебя, пока ты берешь ее машину и исчезаешь.

Это было несколько месяцев назад. Месяцев. Но это был Зак. Он любил запоминать мои оплошности и приберегать их для дальнейших споров.

— Почему тебя так сильно беспокоит мой бизнес?

— Это не так.

— Чушь собачья, — отрезала я.

— Эй. — Папа поднял руки. — Давайте немного успокоимся. Я думаю, твой брат пытается сказать, что мы не хотим, чтобы ты оказался в ситуации, когда у тебя слишком много работы.

— Я не собираюсь переусердствовать.

— Что ж… — вздохнул папа. — Если ты все-таки решишь купить его, на этот раз просто возьми ссуду в банке. По крайней мере, они местные, и мы можем им доверять, в отличие от того парня.

— Я доверяла Габриэлю. Он был хорошим человеком.

— Мы знаем, что ты доверяла ему, — сказала Ларк, широко раскрыв глаза и одними губами прося прощения.

— Тебе действительно нужен другой дом? — спросил Зак.

— Это будет не другой дом. Это будет мой дом. — Теперь, когда с моим нынешним жильем было покончено, я захотела купить отделочный материал и начать все сначала. И из-за содержания, и из-за того, что мне больше нечем было заняться, а мне нужно было отвлечься.

— Ты продаешь свой дом? — Папа наморщил лоб. — Но ты только что закончила его отделку.

— А теперь я закончу отделку следующего.

— Ты опять будешь жить в ремонте. — Зак поджал губы. — А что Джейкоб говорит обо всем этом?

— Я и не подозревала, что мне нужно обсуждать это с парнем, с которым я встречаюсь уже месяц. — Я вскочила со стула так быстро, что его ножки заскрипели по полу. — Мне нужно идти.

Не сказав больше ни слова, я повернулась и зашагала прочь из центра, прихватив пальто, прежде чем выйти в дверь. Оказавшись на улице, я разочарованно вздохнула и направилась по тротуару к дому. Кварталы исчезли быстро благодаря сердитым шагам, и когда я вошла в свою парадную дверь, я была раздражена не меньше, чем, когда выходила из общественного центра.

Что нужно, чтобы они поддержали меня?

— Чудо, — рявкнула я пустому дому.

В воздухе гостиной витал едва уловимый аромат одеколона Пирса. Я глубоко вздохнула, усаживаясь на диван, где только что сидел он.

Мое настроение было его виной. И Джейкоба. И Зака. И отца.

Черт бы побрал этих мужчин. Черт бы побрал Пирса.

Он вернулся как раз тогда, когда я уже отчаялась. Он вернулся и поцеловал меня.

Приступ дежавю пронзил меня, когда я вскочила с дивана и бросилась к двери. На этот раз моей сестры не было с другой стороны, чтобы остановить меня. Я добежала до своей машины, села за руль и помчалась по своей улице к тихому дому в шести кварталах отсюда.

В доме было темно, если не считать голубоватого света от телевизора, падавшего из эркерного окна. Я припарковалась, подошла к крыльцу, подняла кулак и постучала.

Джейкоб открыл через несколько секунд, удивление на его лице сменилось высокомерной ухмылкой, которую я собиралась стереть с лица земли.

— Привет, заходи.

— О, я не могу остаться. Я просто хотела зайти и поговорить с тобой лично.

Его глаза сузились.

— О чем?

— Было здорово провести с тобой время в этом месяце. Но я не думаю, что мы продолжим эти отношения.

Он моргнул, быстро скрывая свое потрясение за нейтральным выражением лица.

— Да. Я думал о том же самом за ужином.

Конечно, думал.

— Спокойной ночи, Джейкоб.

Он не сказал ни слова, отступил назад и захлопнул дверь. Я уже отступала по тротуару к своей машине.

С одним мужчиной я разобралась.

Остался еще один.

Парковка мотеля была почти пуста, когда я подъехала. Лампы под наружным коридором второго этажа освещали дорожку и выкрашенные в красный цвет двери.

Это место так много лет находилось в плачевном состоянии, что вышло из моды и теперь вот-вот должно было вернуться. Фасад из темного дерева соответствовал атмосфере города. Западный. Деревенский. Рядом с дверью в вестибюль стояло старое колесо повозки. Скоро здесь появятся цветочные клумбы, и хозяева ослепят весь город.

Марси, владелица мотеля Каламити, делала это лучше всех. Каждый год она вывешивала перед каждым номером переполненные корзины с цветами для туристов, посещающих этот район.