— Э-э-э… А как же?.. — Острожский пошевелил седыми бровями, намекая, очевидно, на известные нам обоим структуры при воинских частях.

— А вот так. Вам разве Арсений Парамонович не доводил, что здесь всё не очень-то благоустроено? Вот и дома терпимости не изволили завезти. Князь Витгенштейн обещался похлопотать, тем более что об том ещё и горняки просят — так то только обещают завезти… А пока — нет ни борделя, ни, извините, отдельных энтузиасток. И тут бабская рота!

Князь на «бабскую» поморщился, но мне уж было не до реверансов:

— Кто их сюда направил, он в своём уме вообще был? Скажите спасибо, что с этой стороны они не пострадали! Благо у нас атаман строгий, всяких вольностей не попускает. Надеюсь, в Бидаре кто-то этот вопрос взял под контроль? А то ить эти дамочки — чисто непуганные курицы, прутся куда вздумается и лезут везде.

Острожский как-то растерянно заморгал, словно подобный оборот дела впервые пришёл ему в голову. Но я на том останавливаться не собирался.

— Теперь про худшее. Вы трупы женские, из роты этой, уже видели?

Острожский нервно дёрнул подбородком вбок, открывая неприятно тонкую шею:

— Трупы?

— Что, не похвастались барышни? А нам вот довелось. Как полетели летучие монстры — сразу минус три! И это могла быть ваша внучка! Неужели непонятно?

— Но служение Родине… — совсем уж неуверенно промямлил Иннокентий Константинович.

— Князь, — перебил я его, — женское служение Родине — это крепкий тыл, чтоб мужчинам было, куда возвращаться! Не женское дело — убивать. Совсем не женское. Оно, конечно, иногда бывает, что иначе никак. Но это ж исключения! Поэтому, — постарался закруглиться я, — забирайте внучку и увезите её куда подальше от крови. Целее будет.

Я смотрел на Острожского, ждал реакции.

Конечно мы знали, что он явится. И не просто предполагали, а были уверены на сто процентов. Откуда? Очень просто, в столовой услышали.

Телефонисткам, как вы понимаете, бывает скучно. Иногда часами ничего не происходит. Книжка про Свадебного Ворона на сто рядов перечитана. Что делать, когда под рукой телефон? Правильно! Потрепаться с подружкой! Например, с той, которая сидит в городе Бидаре, рядом с гунерал-губернатором. Там и здесь на коммутаторах по несколько линий, не страшно важный звонок пропустить. Вот девчонки и болтают — все там друг другу знакомые, с одних курсов поток в Индию направили.

И конечно же телефонистка, прикреплённая к коммутатору князя Орлова, сразу рассказала нашей Ларисочке, что зарёванная и разгневанная Дита прибегала и требовала связь с дедулей-князем, после чего многоречиво жаловалась ему на всё командование Бидарской рубиновой крепости и на мужланов-офицеров заодно. Лариса в столовой делилась новостями с Шурочкой. Щебетали они не то чтобы громко, но и не особо тихо, так что вскоре новость знал весь гарнизон. Мне лично Саня Пушкин принёс.

Поэтому я ждал. Думал, так-то, что этому деду скажу. И очень рад, что всё-таки не сорвался и не выкинул его за ворота, а то ведь был у меня такой импульс.

— А если я не последую вашему совету, господин герцог? — слегка прищурился старый гриф. — Я ведь могу нажать на определённые рычаги.

— Мы все можем нажать на разные рычаги. Насколько я знаю, князь Витгенштейн уже включил в докладную записку пункт о недопустимости самой идеи подвергать целую группу девиц дворянского сословия необоснованной опасности в условиях, когда им не может быть обеспечена даже минимальная защита. Или вы думаете, что мы тут шутки шутим, князь? Вы разве не понимаете, что здесь не работают щиты?

— Но мы же в прошлый раз… — начал он.

— Проверяли, и у вас получилось? Великолепно! Вы намеренно игнорируете факты, я не пойму? Здесь нестабильный, но мощный антимагический фон. У вас один раз получилось — и сто пятьдесят раз не получилось! Как-то не в вашу пользу статистика, вам не кажется? Впрочем, можете подать прошение на имя государя. Насколько я знаю, только он может подписать разрешение на нахождение независимых гражданских лиц в зоне чрезвычайного положения на объекте военного назначения. Всего вам доброго, — я коротко кивнул и велел в пространство: — Айко, присмотри тут. И в случае необходимости окажи господину атаману помощь в соответствии с уложением о чрезвычайных положениях.

Вот неожиданностью для меня было, что лиса почитывает такие документы. Зато как удобно!

— Слушаюсь, ваша светлость, — ответила лиса, проявляясь в полной боевой форме.

А я в рембокс пошёл. Думаю, теперь у Острожского поуменьшится желание подыскивать новые аргументы, а тем паче — скандалить.

КАК ЕСТЬ, В ПЕНЕ…

Следующую атаку мы проспали. Не я конкретно, а вся крепость. А может, индусы под артефактным покровом подошли? Не знаю. Главное, что когда сигнал тревоги дали, я даже добриться не успел. Так и выбежал с мордой в пене. Хорошо, хоть не в исподнем, а то стыда не оберёшься. Хотя, так мне думается, стыдно было бы, ежели б я вовсе не вышел. А так — я ж не внешним видом ценен.