На мундире Рейша не звенело ни единой медали или ордена, хоть тот ими и обладал.

Рядом с Рейшем спокойно читала газету его жена. Мать Тесс. Аделаида Орман. Если Рейш приходился потомком дворян княжества Атруа, вошедшему в состав Галесского Царства во время Войны (отсюда столь непривычные имена сыновей), то Аделаида принадлежала числу самой распространенной национальной группы Империи — урожденная Галесс. Именно она выбирала имена дочерям и потому те звучали вполне привычно для Империи.

Теперь понятно у кого Тесс взяла свою, порой, невероятную красоту. Аделаида выглядела так, что Арди на мгновение спутал ту с Фае. И только множество маленьких недочетов внешности, сильной ассиметрии лица, следов детских болезней, оставивших отметины, которые не скрыть макияжем; сеточки морщин, мозоли на руках и фигура, начавшая постепенно терять четкие линии молодости, уступая те плавным и округлым взмахам кисти старости — все это позволяло понять, что перед ним стареющая женщина, лет шестнадцать назад все еще пышущая красотой и жаром юности.

Удивительно даже, как такая женщина сошлась с невзрачным Рейшем. Если не принимать во внимание выдающийся для людского племени рост.

— Арди, — Тесс встала с места и отошла от стола. Подойдя к жениху, она взяла его под руку и подвела к остальным.

Начался длинный раут знакомства.

— С Аларисом и Асиларом вы уже знакомы, — близнецы приветственно кивнули и вернулись к обсуждению каких-то вопросов, связанных с усилением северо-восточного фланга дозорных. — С Ладой тоже. Позволь представить тебе Олесю.

С места поднялась черноволосая девочка. Да, Рейш обладал такой же огненной шевелюрой, которую забрала Тесс, а вот Аделаида держала под шляпкой пучок черных волос. И, точно так же как Тесс забрала красоту матери и волосы отца, Олеся поступила с точностью наоборот.

Ей достались волосы Аделаиды и невзрачная внешность Рейша. Простое лицо круглой формы без каких-либо отличительных черт, если не считать курносого носика (видимо распространялось вообще на всю семью Орман) со спокойным, очень мягким взглядом теплых, карих глаз. Не сказать, что глупых, но и не сильно отягченных быстрым или глубоким интеллектом. Одетое в простое, девичье платье с пояском, она оказалась едва ли не на пол головы выше даже своих старших братьев, а стан такой тонкий, что выглядел несколько болезненным.

Впрочем, Олесся, несмотря на неестественный рост, выглядела складной, пусть и совсем не красавицей. В этом она чем-то напомнила Арду жену Александра Урского.

— Очень приятно, господин Эгобар, — кивнула девушка и вернулась за стол.

— Очень приятно, госпожа Олеся.

Та обращалась к Арду по фамилии, потому что он был гостем в их доме, а вот Ардан обращался по имени, потому что иначе каждого пришлось бы приветствовать как «Орман», что не очень вежливо.

Такой вот причудливый этикет. Благо о данной детали его заранее предупредила Тесс.

— А это Шума, наш самый младший мужчина в семье.

Двенадцатилетний мальчуган. Почти ровесник Эрти. Только этот выглядел действительно, как мальчишка. Высокий, нескладный, с пухлым лицом, еще не лишившимся детского жирка. Внешне — снова смесь. Только на сей раз, как и Тесс, он забрал красоту матери и волосы отца. Если бы Арди не знал точно, что перед ним мальчик, то подумал бы что своеобразно сложенная девочка.

— Здравствуйте, господин Эгобар.

— Здравствуйте, господин Шума.

Мальчишка, не выражая никаких эмоций, уселся обратно на стул. От взгляда Арди не скрылось, как шума украдкой взглянул на Асилара, а тот едва заметно одобрительно кивнул. Что же… Ардан, при прочих равных, увидит этих людей лишь несколько раз в жизни. Не более того. Так что какое ему дело…

— И, наконец, Любава. Наша малышка.

— Я не малышка! — горячо, как и Тесс, гаркнула девочка и тут же стушевалась под жестким, осуждающим взглядом матери. — Простите, господин Эгобар.

Спящие Духи… на сей раз Ардан спутал бы Любаву с коренастым, крепко сбитым, темноволосым мальчишкой.

Такое впечатление, что дети Рейша и Аделаиды забирали черты родителей в шахматном порядке, по очереди принимая те или иные качества.

— Позвольте Ард, — Рейш, в качестве главы семьи и хозяина дома, поднялся с места и указал ладонью на хорошую знакомую Ардану девушку.

— Госпожа-лорд Полина Эркеровская, — однокурсница Ардана, как и всегда безразличная к окружающему миру, с умным, но отстраненным взглядом, красивая, но не так, чтобы посоперничать в этом даже с Шумой, отложила в сторону трактат о переключении рунических связей, не вставая легонько кивнула Арду.