Арди задумался. С чего вдруг Тесс заинтересовалась историями. С другой стороны, заняться особо все равно было нечем, так что он вполне мог и вспомнить что-нибудь такое.

— Грустную, веселую, про любовь или про путешествия? — спросил Ардан задумчиво.

Девушка, подбирая подол легкой юбки летнего платья, поднялась на ноги и цокая каблуками по лакированному паркету, сделала несколько шагов до двери их купе.

— Про путешествия, — произнесла она слегка туманным, если так можно было выразиться, тоном.

— Про путешествия… — Арди мысленно перебирал в памяти истории, которыми Арор делился под ветвями старого дуба. — Есть история про Галесского князя, который отправился на север, к Ледяному озеру, чтобы отыскать там…

Тесс протянула руку и щелкнула замком, запирая изнутри их временное жилище. Не нагибаясь, она скинула туфли и подошла к жениху. Она аккуратно опустилась к нему на колени и обвила руками его шею.

У Арди сперло дыхание.

— Отыскать там что? — с горячей искоркой внутри зеленых глаз, спросила Тесс.

— Отыскать там…

Она сомкнула их губы поцелуем.

Историю Арди все же рассказал.

Но позже.

* * *

Смотря на то, как забавно Тесс морщила нос, попутно заворачиваясь в простыни, заменявшие им одеяла (под любой периной летом в степи, да еще и в купе поезда, можно без труда либо свариться, либо и вовсе поджариться). Свернувшись клубочком, напоминая котенка, она что-то шептала во сне и порой улыбалась, натягивая простынь все выше и выше.

Арди же, спустившись с кровати (удивительно, настоящая, пусть и небольшая, но кровать в поезде!), надел нижнее белье и отошел в сторону, где откинул от стены панель, заменявшую стол, подкрутил прижимные гайки и вытащил из настенного ящика масляную лампу. Щелчок кремния и вот уже на фитиле, вытягивая тягучую субстанцию с запахом корицы и лаванды, заплясал крохотный, бездымный огонек.

Ардан подкрутил ручку подачи масла и, увеличив в несколько раз пламя, закрыл стеклянную дверцу конической лампы. С противоположной стороны он накрыл её папкой с меню — чтобы Тесс не светило в глаза.

Еще несколько мгновений полюбовавшись своей невестой, Арди аккуратно, стараясь не издавать лишних звуков, открыл свой гримуар.

Его уже какое-то время, аккурат после экзаменационной сессии у профессора Конвела, занимала мысль о рекурсии внутри печати.

И начать Арди планировал с заклинания, с которым был знаком лучше всего. Надежный и верный соратник в многочисленных стычках. Ледяная Стрела — одно из первых военных заклинаний в книге Николоса-Незнакомца. И не сказать, что этой книги осталось очень много. Арди освоил и прочел уже почти две трети, а последняя треть, отведенная для Синей звезды, насколько понимал Ардан содержала на девяносто процентов теоретическую часть, скомпилированную из абстрактных мыслей и идей Николаса.

Но тем не менее…

Арди провел ладонью по шершавой обложке, пахнущей старой кожей, приключениями и порохом. Перелистнул жесткие, чуть ли не хрустящие страницы дешевой бумаги, исписанной мелким, убористым почерком, где, порой, на каждой странице помещалось по нескольку печатей, что, в целом, не самый лучший способ вести записи.

В скором времени гримуар придется заменить (попутно изрядно потратившись) ну а пока… ну а пока Арди достал линейку, остро наточенный карандаш, самодельную шпаргалку с формулами «собственного производства» и, положив перед собой базовую модель Ледяной Стрелы, принялся разбирать ту на составляющие.

Собственные формулы Арди требовались, потому что он, вдохновившись подходом Госпожи Талии и Старшего Магистра Паарлакса увидел для себя несколько новых идей. И пусть он пока, ввиду отсутствия доступа к испытательным площадкам, мог поэкспериментировать с ними лишь на бумаге, но… Но разум юноши истосковался по научным задачам, а не вечной погоне за бомбистами и заговорщиками.

« Для начала полностью демонтируем печать до базовых рунических связей»,– карандаш в пальцах Арди зашуршал по странице книги. « Затем перепишем с нуля массивы, разъединив общие структурные связи до простых функций и объединим функции в… в…»

Ардан не знал, имелось ли какое-то определение у объединения функций печати, но не собирался придумывать собственного термина на случай, если в будущем узнает официальный.

Потому что, опять же, вряд ли его идеи уникальны для науки возрастом старше двух с половиной тысяч лет. Если, конечно, брать в расчет Восточный Материк.

« И начнем построение рунических связей именно внутри функций, а не самих массивов».

Ардан с легкой тоской вспоминал о работе в лаборатории господина Аверского, да примут его Вечные Ангелы, где в его расположении имелся сложный арифмометр. С таким куда проще высчитывать сложные, многосоставные рунические связи.