— И, разумеется, где именно во Дворце это произошло ты тоже не помнишь, — Милар резко выдохнул в полу надвинутой на лицо шляпы. Та забавно подскочила и вернулась обратно на нос. — Но это тебе в вину не поставишь. Там без проводника действительно не поймешь не то, что в каком ты крыле, а в какой ты вообще стране находишься.

— Я сообщал эти детали Его Императорскому Величеству, — напомнил Арди.

После событий в Центральном отделении Императорского Банка, когда Аверский ликвидировал, как теперь уже стало очевидно — служившего Кукловодам эльфа-Эан’Хане, Павел IV пообщался с Арди в строящемся храме. Там Арди и сообщил про происшествие во Дворце.

— Либо они ничего не нашли, либо… — Милар замолчал на полуслове

— Либо нам не требуется об этом знать, потому что…

— Такая работа, — закончил за напарника капитан.

Какое-то время они ехали молча. Просто потому, что Арди выехал на набережную Кривоводного канала, где в разгар перерыва рабочего дня, было не протолкнуться не только на тротуаре, но и среди жужжащих, гремящих, порой гудящих клаксонами автомобилей.

Ардан только каким-то чудом, волей Вечных Ангелов, сном Спящих Духов или провидением Старых Богов умудрился ни в кого не врезаться. Хотя несколько раз ему сигналили недовольные неумелым «коллегой» водители, дважды он едва было не врезался в чужое крыло или дверь и трижды — заглох.

— И как ты собираешься в командировках передвигаться? — проворчал Милар. — Бегать будешь?

— В большинстве мест Империи, Милар, передвигаются верхорм, — не остался в долгу Арди. — И я вот, к слову, ни разу тебя не видел в седле.

— А я в нем ни разу и не был, — снова махнул рукой капитан.

Ард даже сперва не понял — шутит ли его старший напарник или нет. Для него, родившегося и прожившего большую часть жизни в Предгорной губернии сложно было представить кого-то, кто не умел ездить на лошади. В Эвергейле и степях несчастный, лишенный такого навыка, даже хуже, чем мертвец. Потому что мертвые, хотя бы, не страдали…

— А нет, вру, — исправился капитан. — Для сдачи экзаменов в военной учебке нужно было что-то там продемонстрировать в седле, но я справился иначе.

— Иначе… это как?

Милар хмыкнул и, поправив под головой подушку, надвинул шляпу обратно на подбородок.

— Принимающий экзамен инструктор неизменно брал отгулы именно в те дни, когда вечером в учебке задерживался начальник военной базы, — искаженным из-за накрывшей ро ткани голосом, рассказывал Милар. — Не пропускал, без необычайно веской на то причины, ни одной такой ночи. Мне это показалось странным, так что я сымитировал приступ острой зубной боли.

— Почему именно зубной?

Милар щелкнул пальцами.

— О, Ард, делаешь успехи… — зевнул он. — Зубного коновала не было на базе, так что мне дали увольнительный в городок. Я проследил за инструктором и, почти полвечера, наблюдал за тем, как он в самых разных позах, порой совсем далеких от офицерских понятий о чести, достоинстве и приличиях, общался с женой начальника базы. И, скажу тебе Ард, я таких выразительных глаз, как у неё, не встречал даже у самых, так скажем, объемных представительниц дворфов.

Арди, дрожащей рукой, переключил коробку на нейтральную передачу и откинулся спиной на диванчик. Не потому, что его сильно взбудоражила история, а просто они, наконец, свернули с набережной внутрь Нового Города, где проспекты изрядно шире и нет ощущения, что вот-вот и ты столкнешься с кем-то.

— Глаза? — удивился юноша.

— Ну… харизма огромная. Во всех местах.

— Милар… — взмолился Арди.

— Вечные Ангелы, — капитан сорвал с себя шляпу и продемонстрировал ей очертания форм на торсе. — Грудь у неё была размером даже не с дыню, а с арбуз! Крепкая такая, Ард! Как камень! Сосками глаз выколоть можно, на задницу кружка с пивом встанет и не пошатнется, а талия как осинка! Кончала так, что крик Плакальщицы потише будет и трахал он её будто…

— Милар! — рявкнул Арди. — Это более, чем просто неприлично обсуждать такие вещи!

— Ну так хватит тогда тупить, напарник! — в тон выкрикнул капитан. — Понятное дело, что не глаза её обсуждал… иносказательно ведь… Проклятье, все забываю, что тебе только восемнадцать… Если сократить историю, то я стребовал пару должков с кладовщиков и одолжил портативную камеру. Как у журналистов. В следующий такой увольнительный сделал пару снимков и, в итоге, сдал конный экзамен, даже не приближаясь к стойлам.

Почему-то Арди даже не сомневался, что Милар нигде ничего не приукрасил и не преувеличил. Такое вообще не в духе капитана Пнева. А вот заметить какие-то не состыковки, разобраться в ситуации, обнаружить слабое место цели, а затем воспользоваться всем перечисленным для собственной выгоды — вполне.

При других обстоятельствах из Милара Пнева вышел бы отменный охотник… или бандит.

— Погоди, — сообразил Арди. — но это только экзамен. А как же занятия?

Милар снова щелкнул пальцами.