Арди кивнул.

— Ну и как тебе? Вдохновился километрами окопов и целыми городами из фортов и дзотов?

— Я помню, что ты мне говорил, Бажен, перед дуэлью с Иолаем.

— Ну вот и не забывай, — чуть ли не гаркнул Иорский, с чьего лица постепенно сходила вся его напускное бахвальство. — Война это, так скажем, финал политики. Последняя точка. И если война случится, ковбой. Большая война. Не с Фатией. А с Тазидахианом. То всем будет плевать каких ты там взглядов придерживаешься и в какой степени не интересуешься политикой. На фронте все равно все в одном окопе ползать будем. И интересующиеся и нет.

Ардан отвел взгляд в сторону. В его памяти все не стихал голос эльфа-полукровки.

« Мое полное имя, мальчик, Анаалеалэ Анаанала».

– Я не очень понимаю, Бажен, как мы перешли от моего вопроса к обсуждению войны.

Иорский только отмахнулся.

— Вот поэтому и не люблю общаться с дуболомами твоего покроя, — фыркнул юрист от Звездной магии. — Потому что все это связано, Ард. В тесном, змеином, ядовитом клубке. Император начнет громить фармацевтов? Тут же просядет спонсирование его инициатив по улучшению медицинского обслуживания простого народа. Тогда болезни, эпидемии и повышенная нагрузка на и без того пострадавшую отрасль. Отсюда волнения, погромы, бунты. Придется звать военных и стражей, которые тоже люди, которые тоже болеют. Болеют их родители, жены, мужья, дети. Что тогда начнется? Брожения и разговоры в народе. И все это на фоне снижения налогов в казну, которые аптечный картель платит со своих сверхприбылей вполне себе исправно. А в том числе и с этих налогов открываются новые школы, проводятся транспортная, медицинская, образовательная, да наконец та же военная реформа, строятся верфи и… — Бажен вздохнул и покачал головой. — Это все сложно, Ард. И запутанно. Сложнее и запутанней любой печати, которую ты видел в своей жизни. Потому что печати это просто цифры. И какая-то там ерунда с Лей. А тут жизни людей. Целых поколений.

— И что? Значит с ними ничего не надо делать?

— Надо, — согласился Иорский. — Постепенно. Медленно. Желательно — незаметно для них самих. Откусывать один кусочек за другим, пока их тушка не станет такой слабой и невзрачной, что можно будет прихлопнуть одним единственным ударом. Точно так же, как спустя почти сорок лет постепенного удушья, разом прихлопнули лаборатории Ангельской Пыли и притоны, заставив Нарихман уйти в глубокое подполье.

— Но они все еще существуют.

— Да, — снова согласился Бажен. — Только вреда приносят в разы меньше. И у Черного Дома вместе с лоялистами Императора и самим Императорским Величеством есть возможность заниматься другими, куда более важными и насущными проблемами.

Иорский расслабился и снова откинулся на спинку лавки.

— Ты, ковбой, просто дурак и все. Наивный и ничего не знающий о том большом мире, который скрывается за вашей с капитаном Пневом беготней по столице. Может быть ты, как поет старик Конвел, действительно светлейший ум Звездной инженерии, да еще и, видимо, неплохо можешь в военной отрасли, но управление государством… здесь другой ум нужен. И жестокость. И беспринципность. Цинизм даже. Здесь нет места ни эмоциям, ни тому, что у тебя брат больной и поэтому ты за деревьями леса не видишь.

Ардан прищурился.

Бажен усмехнулся.

— Хочешь ударить меня? — протянул Иорский.

— Возможно…

— А правду всегда неприятно слышать, Ард, — кажется, Бажена нисколько не заботили метания собеседника и то, как крепко сжались его кулаки. — Но факт остается фактом. Управляющий тебе все верно сказал. А ты, тупица, не согласился на скидку, которую получают все Звездные маги. Хотя, учитывая наличие у тебя примеси крови Первородных, не так страшно. Резервации Первородных и их районы в крупных городах и Метрополии — все это места, куда картель не суется. Там не прижать бандами. И законы несколько отличаются. Поэтому, кстати, бедняки и студенты Большого порой закупаются на той же Неспящей улице и…

Бажен осекся и медленно, очень медленно, повернулся к Арди.

— Ты же полукровка.

— Верно.

— Не-не-не, — замахал руками Иорский. — Ты, о Вечные Ангелы, полукровка!

— Бажен, ты еще неокончательно протрезвел?

— Да я настолько трезв, что мне даже от самого себя противно! — в сердцах воскликнул Иорский. — Ты, во славу Светлоликого, полукровка! А значит, по закону, имеешь право открывать любые коммерческие предприятия на территории Первородных, включая резервации и их городские районы. И, самое главное, под их юридическими нюансами!

Кажется, Ардан начинал постепенно понимать, куда клонит Бажен.

— Тем более, что малые предприятия Первородных могут рассчитывать на субсидии, — Иорский снова упер локти в колени и задумался. — Если подыскать помещение поближе к границам района Первородных, то… может и выгорит… Да, проклятье, — Иорский хлопнул себя по коленям. — Может ведь выгореть! Фармацевтический картель ничего не сможет! Конклав, наверное, не обрадуется, но пара звонких эксов на их столе сделают всех лояльными.

Бажен все сильнее распалялся, а вот перед внутренним взором Арда проплыла сцена, в которой громадный страж-огр, сержант Боад, оставил ему на прощание несколько слов:

« Полукровка. Запомни, что тебе не рады в этом районе. Лишний раз и без весомого повода тебе не стоит здесь появляться. А то… кто знает, что может произойти с заблудившимся в незнакомых местах капралом.»

— Если закупить подержанное оборудование на развалах, — Иорский, кажется, уже строил планы по открытию аптекарской лавки. — И разобраться со всеми схемами Гильдии и чиновничьими препонами, то можно добиться официальной лицензии.