Мужчины на месте не оказалось, а прилавок был пуст. Подумав о плачущей продавщице, Джоанна решила обратиться к ближайшей торговке – женщине с подстриженными под каре седыми волосами и молодым лицом.

– Прошу прощения. Вчера один мужчина торговал здесь телефонами… – Джоанна замялась, не зная, как бы потактичней спросить, не арестовали ли его во время рейда.

К ее облегчению, собеседница указала на дальний конец рынка и бросила:

– Он там.

В той части, где торговые ряды сменялись установленными кое-где столами, царили холод и грязь. Здесь предлагали товары, не относящиеся к какому-то конкретному времени. На одних прилавках продавали свежую рыбу, лежащую на груде льда. Другие и вовсе пустовали.

За шагавшей мимо Джоанной наблюдали крепко сбитые мужчины и женщины. Кажется, тут торговали в основном члены семьи Хатауэев. Рядом с ними вертелись животные. В большинстве своем собаки, но навстречу также попадались и кошки, и даже незнакомые существа, скорее похожие на лис.

– Никогда не видела таких собак, – прошептала Джоанна на ухо Рут.

– Они из другого времени, – бросив короткий взгляд на ближайшее животное, пояснила она.

– Разве можно брать с собой питомцев при перемещении?

– Мы можем переносить вместе с собой небольшие предметы, – включился в разговор Аарон. Его комментарий звучал вполне логично, учитывая, что они с Джоанной прибыли в тысяча девятьсот девяносто третий год по-прежнему одетыми. – Но только члены семьи Хатауэев путешествуют с животными. В основном они являются фамильярами.

– Фамильяры? – переспросила Джоанна, которая слышала это слово только в отношении ведьм. – Ты имеешь в виду, питомцы?

– Так и есть. Самый бесполезный семейный дар среди монстров Лондона, – высокомерно заявил Аарон, хотя и старался при этом говорить тихо, очевидно не осмеливаясь оскорблять Хатауэев так, чтобы они могли услышать.

Мужчина, купивший у Джоанны телефон, обнаружился в самом дальнем конце рынка, возле почерневшей от копоти кирпичной стены. Отсюда были видны только задние матерчатые части торговых рядов. Вокруг валялись картонные коробки. В воздухе пахло гнилыми капустными листьями и рыбой.

Продавец сидел за пустым карточным столиком и спал, прижимаясь щекой к грязной кирпичной стене. В ногах хозяина похрапывал небольшой бульдог. Его владелец выглядел молодым, примерно лет двадцати – двадцати двух, широкоплечим и крупным. Развалясь, он едва помещался на раскладном стуле. Мужчина спал, скрестив руки на груди. Вокруг одного из выпирающих бицепсов вилась татуировка в виде двухголового пса, морды которого скалились друг на друга.

– Это он? – ужаснулась Рут и застонала: – Пожалуйста, только не говори мне, что ты торговалась с Томом Хатауэем.

– Ты знаешь его? – уточнила Джоанна.

– Все на рынке его знают, – поморщилась кузина. – Раньше этот бесполезный пьянчуга служил королевским гвардейцем, но вылетел с должности и сейчас перебивается случайными заработками, торгуя телефонами.

– Великолепно, – фыркнул Аарон.

– Том? – не обращая на них внимания, окликнула Джоанна продавца. Но тот продолжал храпеть. Бульдог вторил хозяину. – Том! – повысила голос она.

– М-м? – мужчина засопел и пошевелился.

– Можно с вами поговорить?

– М-м, – пробормотал тот, не открывая глаз и причмокнул. – Дай бутылку, красотка, а?

Джоанна беспомощно посмотрела на Рут, безмолвно спрашивая, откуда взять требуемое. Аарон презрительно вздохнул, затем наклонился, достал наполовину выпитую бутылку пива из-под карточного стола и с грохотом поставил ее перед мужчиной.

Услышав плеск, Том открыл глаза, нашарил горлышко и в один прием проглотил оставшееся пиво.

– Мы хотим кое-что у вас приобрести, – продолжила беседу Джоанна.

– Дай бутылку, красотка, а?

– Мне кажется, он сломался, – язвительно прокомментировал Аарон. – Знаешь, как кукла, которая повторяет одно и то же, когда потянешь за ниточку.

– Думаю, нужно напоить его кофе, – вздохнула Джоанна.

Бульдог тоже проснулся и теперь обнюхивал ее ботинки. Она наклонилась, чтобы его погладить. Небольшой для своей породы, пес тем не менее выглядел ухоженным: мягкая бело-коричневая шерсть лоснилась, а плотная комплекция намекала на хорошее питание. На самом деле питомец казался куда презентабельнее хозяина, который едва мог связать два слова в разгар дня. Сломанный нос тоже говорил о постоянных драках.

– Том, вы меня помните? – попробовала зайти с другой стороны Джоанна. – Вы предложили купить у меня ожерелье.

– Что, продала кому-то другому? – смерив взглядом опухших глаз голую шею собеседницы, промямлил мужчина.

– Долгая история, – вздохнула Джоанна. – Вы знаете, где можно купить еще одно?

В это время вернулся Аарон с бумажным стаканчиком воды. Том охотно принял его и начал пить, но тут же скривился и недовольно уточнил:

– Что это за дрянь?

Он протянул остаток воды питомцу. Тот принюхался, с трудом поднялся на ноги и подошел. Мужчина держал стаканчик так, чтобы бульдогу было удобнее лакать.