— Война — это всегда непредсказуемо, — попытался я возразить русалке. — И потом, разбитое войско не конец сопротивления. Существует ещё партизанское движение.

— Это как? — не поняла Ариэль.

Я, как мог, на пальцах объяснил русалке стратегию и тактику партизанской войны, почерпнутую мною из книг и фильмов моего детства.

— Нет, у нас таким не занимаются, — категорично отрезала русалка.

— А откуда ты знаешь, если у вас войн не было? — поддел я Ариэль. — Вот, то-то, — поставил я финальную точку, видя её замешательство. — И тем более твой горячо любимый вождь сам действовал методом партизанского отряда. А теперь представь, что его, наотмечавшегося победу, банально прирежет какая-нибудь завоёванная гелка. А его войску подсыпят в вино медленно действующий яд вперемешку со слабительным, и смерь их будет не только мучительной, но и с ярко выраженным запахом позора.

Ариэль скривила носик, а потом, не выдержав, зажала его пальцами.

— Ты доставишь меня к принцессам?! — резко выкрикнул я.

— Проще их уговорить доставиться к тебе. И безопаснее.

Обдав меня напоследок водопадом брызг — война войной, а привычки неискоренимы, — русалка исчезла в глубине.

— Ух. Как тяжело с ней, — выдохнул я вслух.

А сейчас ещё парочка тяжёлых нарисуется. И если у этой есть личная заинтересованность, то тем двум и Великий вождь, и все его гургуты до интересного места. Ладно, как-нибудь прорвёмся.

Решив положиться на русский авось, я растянулся на мху, попытался максимально расслабиться. Гонять в голове варианты диалогов с Марой и Хлоей абсолютно не хотелось. Ну, во-первых, лень. А во-вторых, занятие это бесперспективное. Предугадать реакцию на моё предложение этих двух особ было так же невозможно, как заставить дролонга петь фальцетом. Хотя нет, с дролонгом проще. А эти же и до беременности были как чёрт-те что, а сейчас стали бог знает как. Поэтому разбираться будем по ходу пьесы. Импровизация — наше всё.

— Послушай, вкусненький, ик, бывший вкусненький, если сейчас окажется, что три дамы оторвались от важного занятия ради какой-нибудь хрени, тебе не жить.

Пьяная Мара вывалилась из ближайших кустов и, зацепившись практически за воздух, рухнула в мох.

— Я буду участвовать.

Следом за принцессой варов из тех же кустов выползла принцесса гелов и, запнувшись о первую, приткнулась рядом.

Последней из кустов вылезла Болотная ведьма-младшая и молча рухнула между принцесс.

— Нравится? — вынырнувшая Ариэль была само олицетворение сарказма.

— Где ты взяла эту пьянь? Вытащила с собрания беременных анонимных алкоголичек?

— Там, где вы от их матерей прятались. Сидели втроём в обнимочку, хлестали гургутское вино и ревели в три горла.

Только сейчас я заметил припухшие веки и красные носы у Хлои и Болотной. По Маре, как всегда, было ничего незаметно. Шерсть и мех — великое дело.

— И даже не пытайся этого понять, — предупредительно перебила меня русалка.

— Да я, собственно, и не собирался, — соврал я. — Только хотел спросить, а ты за каким их в таком виде сюда притащила?

— Ну, стартовали-то они более-менее вменяемые. Это уже их в пути развезло. То ли вино догнало, то ли ведьминские тропы так влияют. Младшая ведь, как доступ к ним получила, так теперь по ним и шастает, и принцесс за собой таскает.

— Спелись, значит, — констатировал я.

— Скорее спились, — хмыкнула русалка.

— Да, мало мне было проблем с вождём, а теперь ещё добавилась тройная проблема с матерями моих детей.

— Да какая проблема. Проспятся — да обратно отправятся.

— Ты что, не понимаешь, что алкоголь очень вреден для будущих детей?

— Да? — недоверчиво спросила Ариэль.

— Зуб даю.

— Ну ладно, верю. Только это не проблема. Гургутское вино есть только у гургутов. Попроси Великого вождя наложить запрет на него, и всё, твои девы вернутся в трезвый образ жизни. А кстати, зачем они были тебе нужны?

— Вождя хотел похитить, — признался я.

— А? — не поверила своим ушам Ариэль.

— Хватит акать. Что тут не понятного?

— Да практически всё, — выдохнула русалка. — Всё-таки разума в тебе как не было, так и нет. Похитить Великого вождя! Это ты как себе представляешь?

— Да чего тут представлять. Проще простого. Вождь сейчас валяется в полном отрубе. Вот прямо как эти, — кивнул я на бодро сопящую троицу. — А когда очнётся будет что?

— Что? — переспросила Ариэль.

— Будет жутчайшее похмелье. Поверь бывшему алкоголику со стажем.

— Верю, и чего?