— И что? — переспросил я, заранее чувствуя, что ответ мне не понравится.

— Занимательную депешу! — проворчал атаман. — Что наш гарнизон получил довольствия втрое больше, чем положена на означенный период. И что пришлют ревизию. — Он сердито хмыкнул. — Не иначе, подозревают меня в растрате! Думают, может, что я тут солдатскими пайками приторговываю?

— Да и пусть бы присылали! — воскликнул я. — Так и так никаких следов растрат не найдут, верно я понимаю?

— Верно-то верно, — приподнял брови подполковник, — а только бюрократический аппарат в нашем военном ведомстве славится своей неторопливостью. Пока-а-а они комиссию сформируют, по всем кабинетам все бумажки подпишут. Да пока-а-а они притащатся. Тут ещё будут тыкаться. По возвращении отчёты составлять. При должной сноровке вся эта катавасия на полгода растянется. А на складах продуктов в обрез.

Не успел я раскрыть рот, чтоб заверить, что с голоду уж не помрём, как атаман, угрюмо подпёрший щёку кулаком, выдал:

— И с техническим снабжением то же самое. Дожили! Воюем кажный со своим. Вот вы, Коршун на шагоходах прибыли — и это прекрасно! А ремонтной базы у нас нет.

— Как нет? — Изумился я. — А как же?..

— А вот так! Нет– и всё! Тут же не война, тут замирение местного населения, от оно как! — Атаман, кажись, сел на любимого конька. — Мы тут вроде как бунтовщиков невооружённых гоняем, зачем нам армия и вообще?

— Погодите, но есть же… ну не знаю… клич по стране кинуть, неужто не помогут? Да кажный ежели андрейку подкинет — мы этих индусов умоем!

— Видели бы вы, Коршун в чём местные моются, — вставил подпол, — зареклись бы мыть их. Это я вам ответственно заявляю

Я крякнул. М-да, приехал Ильюша воевать! Бравый казак, пень горелый!

— А телефонная связь тут имеется? Нужно, прежде чем горячку пороть, с умными людьми посоветоваться.

— А вот связь, на удивление, есть, — обрадовал атаман, — и весьма приличного качества.

— Отлично. В таком случае мне бы телефонный пункт для начала.

— Я провожу вас, — встал майор и изобразил стеком приглашающий жест: — Пройдёмте.

ТЕЛЕФОННЫЕ ПЕРЕГОВОРЫ

В комнате с телефонной станцией сидела миловидная барышня и усиленно дула на кружку. Кружка, несмотря на жару, видимо, была горячая. А судя по запаху, содержала кофе.

— Шурочка, — галантно начал майор, — позволь представить тебе его светлость герцога Топплерского. Будет служить у нас. Коршунов Илья Алексеевич.

— Ой, жаль, что вы не Воронов! Тот тоже Илья и тоже герцог! — довольно экзальтированно воскликнула Шурочка и тут же осеклась: — Ой, извините! Слушаю вас.

— Какой ещё, ядрёна колупайка, Воронов Илья, герцог? — спросил я вместо того, чтоб произнести приличествующие представлению слова, совершенно сбитый с толку.

— Ой, вы так же, как он, простонародно выражаетесь! — восторженно захлопала глазками телефонистка Шурочка. — Признайтесь, правда, вы же читали и просто копируете удачный образ?

— Какой ещё, япону мать её итить, образ?! Что я должен был читать?!

— Так вот же, очень популярная книга. — Телефонистка протянула мне потрёпанную книжицу в простеньком переплёте. Этакое бульварное чтиво. «Свадебный Ворон». Ага.

Я сел на стул. Это посильнее «Имперской Правды» и «Военного Вестника» будет. Значит меня, мою жизнь — тиражируют? Если это проделки Витгенштейна, убью!

— Я у вас книжицу приберу? Очень, знаете, почитать иногда люблю.

— Да пожалуйста-пожалуйста! Я её на три раза уже перечитала. А кому позвонить-то хотели?

— Иркутск, Специальное военное училище, Великому князю Ивану Кирилловичу.

— Прямо Великому князю?! — Шурочка потрясённо всплеснула ручками. — Гос-споди, ну совершенно как в книге! Только там Тобольск…

Увидев моё перекошенное лицо, она тут же заткнулась и споро защёлкала этими всякими клавишами и рычажками. В её микрофонах что-то хрюкало и шипело, время от времени прорываясь внятными голосами, с которыми Шурочка вела свои согласования. Всё-таки междугородная связь на такие дальние расстояния — это вам не шуточки!

Спустя минут пять в трубке раздался усталый голос Ивана:

— Слушаю!

— Чего так не ласково, Сокол?

— Нет, вы посмотрите на него — он ещё и издевается! Приветствую, блудный сын. Как там дела? Уже, наверное, с места в карьер, подвигов насовершал?

— Иван, ту просто полный песец! — Сокол хмыкнул на том конце провода. История с северными зверьками становилась у нас уже личной шуткой. — Я серьёзно. Очень серьёзно. Тут чрезвычайно плохо с оружием, едой и снаряжением. Тут даже рембазы нет. Вот приехал я на шагоходах. А чинить и обслуживать их кто будет? А я тебе отвечу — никто, потому что тупо некому! Придётся с Карлука своих механиков завозить!