– Черт возьми.
– Я оттолкнулся от стола и уставился на выцветшие обои, как будто мог разглядеть провода под ними.
– Я должен был догадаться.

Я давно подозревал, что электропроводка в доме никогда не соответствовала нормам и что, какие бы работы с ней ни проводились, они были не совсем на должном уровне. Неприятные ощущения от жизни в месте, где половина электропроводки состояла из изоленты и удлинителей, были частью моей повседневной жизни. Не включать микроволновую печь и кондиционер одновременно. Не пользоваться компьютером во время просмотра телевизора. Каждый раз, когда Стейси пользовалась феном в крошечной хозяйской ванной, свет в спальне мигал, а мой будильник непрерывно мигал, пока я не переставлял его.

С усталым вздохом я пошел в гараж и выключил свет. Вернувшись на кухню, я выключил кондиционер и включил микроволновку, а затем вернулся к рекламной листовке.

Конкурс продлится месяц. У них даже был веб-сайт, где еженедельно публиковались результаты. Стоило попробовать, правда?

Я снова позвонил Стейси. На этот раз она взяла трубку.

– Алло?

Ее голос звучал раздраженно, и у меня упало сердце.

– Привет, Стейси. С днем рождения.

– Пол, тебе не следовало звонить. Я уже говорила тебе об этом. Если Ларри узнает...

– Ну, я бы, конечно, не хотел расстраивать твоего нового парня, - сказал я, не в силах скрыть горечь в своем голосе.

– Чего ты хочешь?
– Она вздохнула.

Все определенно шло не так, как я надеялся. Микроволновка запищала, оповещая о том, что мой ужин готов. Почему я не позвонил позже?

Я глубоко вздохнул.

– Хотел узнать, свободна ли ты завтра вечером? Я хотел пригласить тебя на ужин в честь твоего дня рождения. Мы могли бы...

– Я не могу, Пол.

– Это всего лишь ужин.

– Не думаю, что мне стоит. Ларри это не понравится.

– Я не спрашиваю Ларри. Я спрашиваю тебя. Да ладно, Стейси. После семи лет совместной жизни мне даже нельзя поздравить тебя с днем рождения?

– Ты только что это сделал. И я ценю это. Но ужин - не лучшая идея.

Я открыл дверцу микроволновки, отгоняя пар.

– Как насчет ланча?
– Она вздохнула, и я был уверен, что она вот-вот сдастся.
– Кофе?

– Я не знаю, Пол. Я...

Что бы она ни сказала после этого, я не расслышал, потому что сработал мой детектор дыма, громко и пронзительно, так неприятно, как могут срабатывать только детекторы дыма.

– Черт. Подожди, я сейчас вернусь.

– Пол? Ты в порядке?

Я положил трубку и попытался сообразить, как прекратить этот шум. Я не мог дотянуться до датчика дыма на потолке, но я снял рубашку и помахал ею перед этой штукой, подпрыгивая, пытаясь рассеять любой намек на дым, который, по его мнению, он учуял. Чертова штуковина срабатывала каждый раз, когда я готовил, независимо от того, подгорало у меня что-нибудь или нет.

– Заткнись!
– заорал я на него. Я снова взмахнул рубашкой, зацепился за край крышки и открыл ее. Непрерывный вой сирены прекратился, хотя в ушах все еще звенело.

Мне показалось несправедливым, что Стейси выбрала дом, а потом предоставила мне разбираться с этим, хотя, будь моя воля, она бы вернулась.

– Опять пожарная сигнализация?
– спросила она, когда я снова взял трубку.
– Домовладелец еще не починил ее?

– Конечно, нет. Послушай, Стейси, не могла бы ты хотя бы встретиться со мной и выпить чашечку кофе?

– Я не знаю.

– Пожалуйста.

Она вздохнула. Она смягчалась.

– Только кофе, - подчеркнул я, запрыгивая в маленькое окошко, открывшееся для меня.
– Как насчет завтра, после работы?

Ей потребовалось некоторое время, но, в конце концов, она сказала:

– Хорошо. Кофе. Я могу быть в «Мокка Спрингс» в пять.

Мне, конечно, придется уйти с работы пораньше, но я как-нибудь справлюсь.

– Отлично. Тогда увидимся.

Она уже повесила трубку.

Я ВСЕГДА хотел стать ветеринаром, но у меня ничего не получалось. Вместо этого я стал пресловутым администратором в ветеринарном офисе. С другой стороны, мой босс, Ник Рейнольдс, был отличным парнем.

– Привет, док, - сказал я ему на следующий день.
– Ничего, если я уйду сегодня пораньше?
– Обычно по четвергам мы закрывали офис в пять, и я оставался там еще примерно полчаса, чтобы закончить дела, но я не хотел опаздывать на свидание со Стейси.

Нику было чуть за тридцать, он был всего на несколько лет старше меня. Он был успешен, красив и строен. Я подозревал, что женщины на него вешались.

– Во сколько?

– Может быть, без четверти пять или около того?

– Да, думаю, я справлюсь сам.
– Он пожал плечами и, бросив на мой стол карту пациента, которую просматривал, откинулся назад, опершись локтями о стойку позади себя. От этого движения его рубашка натянулась на груди так, что многие студентки упали бы в обморок.
– У тебя горящее свидание?