«Ну теперь я не сомневаюсь, что они с Соккой точно родственники» — Думал я, слушая долгую и подробную отповедь, что, как и с кем сделает Хакода за несколько лет обмана, из-за которого ему и его людям периодически приходилось спать на голых камнях, когда не хватало денег обновить палатки, или удирать флота огневиков, если не хватало их фирменных вонючих мин.

Я на это лишь задумчиво кивал, да иногда подливал ему в стакан местного слабого вина, не способного нормально опьянить, но расслабившее нервы и делавшее моего собеседника более сговорчивым.

Благодаря этому, к моменту когда словесный поток иссяк, Хакода был в достаточной кондиции, чтобы выслушать мое и предложение и почти сразу на него согласится.

Что за предложение?

Все просто — я предложил ему продавать свою добычу и закупать необходимые его людям вещи исключительно через дом Бейфонг. С моей стороны была гарантия качества, скидки и переговоры с чиновниками, которые точно не стану обманывать представителей благородного дома, а со стороны Хакоды обещание, что все полученные им трофеи будут отходить только нашему дому.

В чем моя выгода?

Все банально — деньги. Дело в том, что в Царстве, несмотря на активно шедшую войну, очень ценили вещи, произведенные Народом Огня, в своем прогрессе ушедшем далеко вперед остального мира. Закупай мы трофеи даже вдвое больше цене, чем местные скупщики, прибыль все равно была бы баснословная.

С вождём мы расстались лишь под вечер, еще не друзьями, но хорошими приятелями, ведущими общий бизнес. В шатре я отставил небольшое письмо, написанное управляющему нашего здешнего филиала, а сам забрал у Хакоды расписку на закупку различных комплектующих для кораблей и его новых задумок, на кои отец Сокки оказался тем еще выдумщиком. Конечно нашему сближению помогла не только информация о хитрости местных, но и песчаные лодки, прибывшие несколько дней назад и закрывшие большую часть нужд южан, однако я не видел в этом ничего странного.

Ведь зачастую крепкая дружба начинается с таких небольших, но приятных подарков.

* * *

99 год после геноцида Воздушных кочевников. Год Овцы.

Вечер того же дня.

Окраина лагеря Южного племени Воды, восточное побережье, Восточный регион, Царство земли.

— Ну и зачем нужно было все представление, Колау? — Обратился я к своей наставнице, которая сидела на вершине расположенного неподалеку от лагеря холма и молчаливо наблюдала за полной луной, медленно плывущей над океаном.

— Что именно, Шай? — Спросила она, повернувшись ко мне лицом, на котором была легкая улыбка. Полностью соответствуя своему имени, что на наречии местных значило «россыпь звезд», Колау любила ночное небо и часть любовалась ими, когда появлялась возможность.

— Зачем ты детишек провоцировала, так заигрывая с их отцом? — Спросил я, сев рядом с ней по турецки.

— С чего ты взял, что заигрывала? — Удивилась она, повернувшись ко мне всем телом. — У нас Хакодой все серьезно.

— Да? — Если бы скептицизмом можно было наполнять бутылки, то рядом со мной сейчас бы плескалась целая батарея. — Напомню, что вы знакомы всего две недели. Ты за столько пустыню обычно пересекаешь. Какие чувства, Колау? Тебе столько лет?

— Вот именно. Сколько… — Ответила она, а в ее изумрудных глазах мелькнула глубокая и невероятно сильная печаль. — Я уже не молода, Шай. Пятый десяток недавно пошел, а я все также одна.

— Вот только, по моему, тебя никогда это не волновало. — Заметил я, убрав из голоса любую язвительность. Такой я свою наставницу видел всего пару раз, когда она была в максимально разбитом состоянии.

— Люди меняются. — Ответила она, подняв взгляд на небо. — Раньше мне и вправду никто не был нужен. Я была ветром, путешествующим по барханам пустыни. Летала где хотела, делала что хотела, брала кого хотела… — Задорный взгляд, брошенный на меня даже невольно смутил. — Но эти времена в прошлом. Теперь хочется иметь твердое плечо, на которое можно опереться. Человека, который всегда придет к тебе на помощь и которому ты всегда сможешь довериться.

— Как Хакода? — Уточнил я, откинувшись назад, на руки.

— Да. — Кинула Колау, прижав колени к телу и обняв их руками.

— Он тебе так понравился? — Продолжил спрашивать я, начав невольно перебирать пряди своих волос. Разговор был для меня не самым… привычным, но я не мог его прекратить. Слишком сильно я волновался за свою наставницу.

— Да. Он надежный, умный, смелый. Неплохо выглядит. — Ответила она, слегка пожав плечами. — Да и в постели неплох.

— Но любви между вами нет? — Уточнил я другой, интересовавший меня вопрос.

— Любви? — Удивленно посмотрела на меня женщина. — Шай, ты меня удивляешь. Какая глупость, любовь… Откуда бы ей взяться? Запомни, мой любимый ученик, любви не существует. Есть влечение, страсть, похоть и другие чувства, которые люди по ошибке принимают за любовь, но самой по себе ее нет. Это лишь совокупность эмоций, которые люди испытывают друг к другу.