— Но Мерри был прав. Ты должна рассказать Итану о том дерьме, которое творят его отец и мачеха. Ты должна рассказать своей маме. Ты должна рассказать всем. Не могу поверить, что ты еще не сделала этого. О нем нужно заботиться, и он твой ребенок. В любом деле нужно быть во всеоружии. Эта сумасшедшая женщина думает, что может быть лучшей матерью и без проблем заберет у тебя мальчика и увезет его в Миссури. Но этой сучке стоит подумать хорошенько. Шер, любая женщина, которая так думает о ребенке другой женщины, — подозрительна. Я бы и близко не подпустила к ней Итана.

— Точно, — прошептала я, хотя сама уже пришла к такому же выводу.

— И если у ее мужа не хватит смелости все исправить, он тоже не должен приближаться к Итану.

Я поджала губы.

— Что касается Мерри, то ты здорово облажалась сегодня утром.

Я посмотрела в окно, мои глаза были настолько сухими, что мне стало больно.

— Да.

— И мне неприятно это говорить, потому что я желаю тебе добра в любом случае, но это может быть не так уж и плохо.

Перемена в ее тоне, тихий голос заставили меня обернуться.

Она положила руку на стол и подвинула ее на пару дюймов ко мне.

— Он так и не смог забыть ее, — тихо сказала она.

— Знаю, — ответила я.

— Слишком рано после ее помолвки. Мерри должен был догадаться.

— Мне тоже следовало бы, Вай. Но это далеко не идеальный мир. Всякое случается.

Она кивнула головой, неотрывно смотря на меня.

— Да.

Я подняла «Принглс», потом бросила его обратно.

— Он слишком хороший парень, — начала Вай, и я снова посмотрел на подругу. — У него были причины злиться сегодня утром, даже если ты была права. Он не должен был будить Итана и все такое. Ты завелась с пол-оборота, но сейчас вокруг тебя многое происходит. Он это поймет. И разберется со всем в своей голове. Дай время. Дай ему время. Он вернется.

— Я должна извиниться, — сказала я ей.

— Может тебе следует, а может, и нет, — ответила она. — Ему нужно время на многие вещи. Он должен забыть свою бывшую. Ему нужно понять, где он находится и чего хочет. В конце концов, вы двое снова станете друзьями, в этом я уверена. А в остальном он должен прийти к правильному состоянию, сейчас у него его нет, Шер.

— Ты права. Ему нужно оказаться в правильном состоянии, а когда он это сделает, найти правильную женщину.

Ее брови сошлись вместе.

— Я не совсем понимаю, что ты имеешь ввиду, но создается такое ощущение, что, по твоим словам, эта женщина — не ты.

Я вскинул руку.

— Вай, коп и стриптизерша? Это не Голливуд. В реальной жизни подобный секс на один раз не выходит за рамки одноразового перепиха.

Она подняла на меня глаза.

— Теперь ты заставляешь меня бросить в тебя этот потрясающий сэндвич.

— Ви.

Она снова облокотилась на стол и прошипела:

— Заткнись.

Я чуть не лопнула от смеха.

Ви была невероятно милой. Она умела постоять за себя, и хотя ей пришлось пройти через серьезные испытания, она все равно была сладкой тянучкой.

Эти два слова пошли от ее крутого мужа.

— Ты — самая лучшая подруга, которая у меня когда-либо была, и самая классная женщина из всех, кого я знаю. Черт возьми, половину времени, что я нахожусь рядом с тобой, я хочу быть тобой.

В этот раз я откинулась в кресле, настолько меня потрясли ее слова.

— Все так думают, Шер. Когда я впервые встретила тебя, ты буквально кричала всем своим видом: «Вот она я», что на самом деле означало: «Отвали». И это исходило от каждого твоего слова, поступка, жеста, стриптизерских туфель и мини-юбки. Но за последние пару лет ты смягчилась, узнала, кто ты на самом деле, и стала собой. Ты круто одеваешься. Классно себя ведешь. Ты вся… — она провела рукой по воздуху в мою сторону. — Дерзкая и вызывающая.

Я почувствовала, как мои губы дрогнули.

Она продолжала говорить полунамеками.

— Ты тусуешься с копами в баре, шутишь с ними и прикалываешься, а они ведут себя так, будто твой стол находится в кабинете рядом с их столами. Ты тусуешься с байкерами за бильярдным столом, а они смотрят на твою задницу и пялятся на твое декольте, как голодные мужики, зашедшие в комнату со шведским столом. Морри прямо сказал Кэлу, что он, его отец и Дэррил должны не спускать с тебя глаз, когда байкеры в баре, иначе, как они считают, один из них вырубит тебя, перекинет через задний борт своего мотоцикла и увезет.

— Это чушь.

— С чего мне нести чушь? Шер, ты — крутая, и все это знают. То есть все, кроме тебя.

— Феб — крутая в более резком смысле, ты — крутая в милом понимании. Рокки — крутая в стиле. Дасти — крутая во всем сразу…

— И мы все заняты. Ты — крутая в стиле Шер.

Это напомнило мне слова моего ребенка, и я закатила глаза.

Она хлопнула рукой по столу, и я вернула глаза обратно. Когда я увидела ее разгневанное красивое лицо, я чуть не задохнулась от смеха, подкатившего к горлу.