Он не удивился, что она жила в доме, который выглядел так, будто его оформляла сестра Дженис Джоплин, которая была лишь немного собранней известной певицы.

Набитый до отказа, темный и в то же время яркий, он обладал индивидуальностью. Он был уникальным. В нем жило тепло, которое охватывало вас, как только вы переступали порог.

В этом была вся Шер.

Гостиная была хороша, но ее спальня — еще лучше.

В ее спальне можно было делать все, что угодно. Ее спальня кричала, что ваши самые смелые фантазии могут стать реальностью. Ты можешь быть собой, думать, как считаешь нужным, делать то, что тебе нравится. Есть досыта, пить не просыхая, трахаться как животное, спать мертвецким сном и не беспокоиться, оставив жизнь за дверью и просто быть.

Именно это она и дала. Они провели в этой комнате всего несколько часов, так что она не выполнила всего, но в тот момент, когда они упали на ее кровать, разрывая одежду друг на друге, она выполнила более чем достаточно.

Размышляя об этом, Гаррет подошел к холодильнику, достал пиво, открутил крышку и повернулся, чтобы опереться бедрами о стойку, глядя на свою дерьмовую квартиру и вспоминая эклектичную теплоту квартиры Шер, которая накладывалась на то, что видели его глаза.

Запах Шер, ее касания, воспоминания о том, как он был с ней в ее постели, — вот что заполняло его сознание.

Годами он тупо пытался выкинуть Мию из своей головы и сердца, понимая, что делает это, и совершенно не в силах остановиться.

И чтобы ухудшить ситуацию еще сильней, он трахал Мию в любое время, когда она приходила за очередной порцией его члена.

И чаще всего, когда он погружал свой член в женщину, которая не была его бывшей женой, его голову заполняла Миа. Пьяный он или трезвый, но это случалось всегда. Из-за этого он чувствовал себя мудаком. Но остановиться не мог.

С Шер этого не произошло.

С Шер он был с Шер.

В ночь, когда он был мертвецки пьян и это дерьмо должно было произойти, его не случилось.

В ночь, когда этого нельзя было ожидать, он смеялся. И не мало, а очень сильно. У него сжалось все внутри. Его глаза буквально слезились от смеха.

И он делал это с Шер.

Нет, он не просто делал это с ней, это она помогла всему случиться.

Ты пришел сюда, чтобы заставить меня пойти к Фрэнку и сказать, что то, что произошло между нами, было просто пьяным перепихоном, не более. И между нами ничего не изменилось. Я права?

Она была права.

Гаррет посмотрел на часы на своей микроволновке.

Было чуть больше девяти тридцати. Ее смена начиналась с полудня и заканчивалась в восемь тридцать.

Она должна была быть дома.

Он включил телефон, открыл сообщения и отправил одно ей.

«Итан отправится к другу в эти выходные?»

Он сделал еще один глоток пива, подумав, что ранняя смена Шер — с полудня до восьми тридцати, а поздняя — с восьми до трех тридцати. Он знал это, потому что был копом и обращал внимание на все — профессиональная привычка, так что он заметил это, будучи постоянным посетителем ее заведения.

Эти смены означали, что в будние дни ей в любом случае не нужно было торопить Итана, чтобы подготовиться к работе самой. Даже если ей удавалось поспать всего несколько часов, она могла приготовить ему завтрак, отвести в школу и сосредоточиться на нем. В ночную смену она также могла заехать за ним, отвезти домой, убедиться, что его школьные задания сделаны и приготовить ему ужин.

И пусть они и проводили время вместе, это все равно было не очень хорошо.

Люди, работающие посменно, постоянно через это проходили, что заставляло их творчески подходить к вопросу о том, кто присматривает за их детьми.

Но у этих людей не было истории Шер и ребенка с заносчивой мачехой, которая решала, как устроен мир, и что ее путь — единственный. Гаррет понял, что именно такая Пегги, кем бы она ни была, как только увидел эту сучку. Шер не нужно было объяснять это. Он знал, что от нее одни неприятности, еще до того, как она открыла рот. Еще до того, как он понял, что она приносит Шер неприятности.

Черт, он надеялся, что на бывшего наркомана найдется информация.

Он оттолкнулся от стойки, отнес пиво на диван и взял пульт. Он нашел передачу как раз в тот момент, когда зазвонил его телефон.

Он взял его с кофейного столика, и его рот скривился, когда он прочитал:

«Поцелуй меня в задницу, Мерри».

Большим пальцем он ответил: «Если ты хочешь, кареглазка, я сделаю это».

Она не заставила его ждать и выстрелила в ответ: «Иди в жопу».

«Милая, ты же знаешь, что так это не работает».

Затем последовало: «Мы закончили».