Но всё меняется, когда мы проезжаем мимо конюшни и я замечаю группу людей у загона.

Ещё не стемнело, но мне приходится прищуриться, чтобы разглядеть, кто там. Живот скручивает, когда картина передо мной проясняется.

Уайатт стоит с поднятыми руками, шляпа сдвинута назад. Джон Би держит на нём винтовку — Beretta Уайатта, судя по всему. Крики. Женский визг. Салли стоит рядом с Джоном Би, её грудь вздымается от тяжёлого дыхания.

— Какого хрена? — Я резко жму на тормоза.

Глаза Молли широко распахиваются.

— Осторожнее, Кэш.

— Оставайся здесь. Я серьёзно, Молли.

Она смотрит на меня, сглатывает. Потом кивает.

— Крикни, если понадобится помощь.

Я оставляю мотор работать, выскакиваю из машины и быстрым шагом иду по траве.

— Клянусь Богом, Джон, это не то, что ты думаешь, — говорит Уайатт.

Джон Би прижимает щёку к прикладу.

— Ты врёшь, Уайатт.

— Папа, пожалуйста, остановись. Это безумие. Опусти ружьё, — в голосе Салли звучат слёзы. — Он прав…

— Что здесь происходит? — спрашиваю я.

Не отводя взгляда от Уайатта, Джон Би отвечает:

— Этот ублюдок поступил с моей дочерью подло, вот что.

Я уставился на брата.

— Уайатт…

— Я могу объяснить.

В его голосе слышится нотка отчаяния.

Блядь.

Это говорит мне всё, что нужно знать.

Блядь, блядь, блядь.