— Что именно? — Рикард чуть склонил голову, его глаза под тенью шляпы были неподвижны.

— Этого я не знаю, — ответил Раггако, подняв руки в жесте, который был одновременно извиняющимся и защитным. — Но слышал, что среди них появился новый лидер. Какой-то фанатик, который готов уничтожить всё ради своей веры.

Лили и Рикард обменялись взглядами.

— Нам нужно добраться до этой базы, — сказала Лили, её голос звучал твёрдо.

— И быстро, — добавил Рикард.

Они покинули магазин, но их мысли остались внутри, там, среди витрин, украшенных экзотическими безделушками и сокровищами с дальних миров. Информация, полученная от Раггако, была туманной, но всё же представляла собой кусок мозаики, которую они так долго пытались собрать.

На улицах начиналась привычная утренняя суета. Лотаки и люди, закутавшиеся в разноцветные накидки, торопились по своим делам, обмениваясь быстрыми фразами и взглядами. Улицы тянулись хаотично, как разрезанные вены, но Рикард знал каждую из них. Ещё один поворот, ещё один неприметный переулок, и они снова окажутся в своём временном убежище.

— Он знает больше, чем говорит, — наконец произнесла Лили, нарушив молчание. Её шаги были упругими, словно энергия бурлила в её венах.

Рикард кивнул, но ничего не сказал. Он тоже это чувствовал. Раггако всегда говорил полуправду, смешивая её с мелкими фактами, чтобы не выдать себя. Но его нервы — это то, что Рикард замечал каждый раз. Как он потирал пальцы, словно стирая незримую грязь, как глаза бегали, будто под потолком висела невидимая угроза. Торговец боялся чего-то, возможно, даже большего, чем Кларион.

— Думаешь, он про нового лидера не соврал? — Лили бросила взгляд на Рикарда, но её тон был задумчивым, а не ироничным.

— Если бы это была ложь, он выбрал бы что-то менее абстрактное, — ответил Рикард, остановившись у неприметного здания с металлической дверью. — Но вот насколько это правда, нам предстоит выяснить.

Они вошли внутрь. Тусклый свет фонаря, мерцающего у входа, осветил их временный штаб. Несколько столов, покрытых документами, голографическими проекциями и картами, занимали центр комнаты. Лили сбросила плащ, под которым оказалась удобная, но слегка потрёпанная одежда, подходящая для схватки или бегства.

— Я попробую вытащить больше данных о Долине Безмолвия, — сказала она, направляясь к панели с голографическим экраном. Её пальцы скользили по сенсорной поверхности с виртуозной лёгкостью.

Рикард сел за стол, доставая из кармана маленький серебряный футляр. Внутри лежали остатки недавних улик — фотографии, записи, фрагменты отчётов. Он бросил взгляд на символы, вырезанные рабом на стене дома работорговца. Слово "свобода" всё ещё звучало в его голове, как тихий шёпот, превращающийся в крик.

— Это не просто база террористов, — пробормотал он, будто продолжая разговор, который Лили ещё не начала.

— Почему ты так решил? — она подняла голову, не отрывая рук от панели.

— Потому что фанатики не строят базу посреди пустоши, если не готовят что-то значительное. И этот новый лидер… Возможно, он именно тот, кто объединил разрозненные ячейки Клариона.

Лили кивнула, соглашаясь, но на её лице оставалась тень сомнения.

— Мы уже не раз попадали в их ловушки, Рикард. Если мы снова станем просто пешками в их игре, последствия могут быть… слишком серьёзными.

Рикард поднялся и подошёл к Лили, его тень легла на экран, и её изображение слегка дрогнуло.

— Именно поэтому мы не можем позволить себе ошибку, — тихо сказал он. — Долина Безмолвия — это наш шанс понять, кто за этим стоит, и, возможно, остановить их, пока ещё не слишком поздно.

Лили повернулась к нему, её глаза встретились с его взглядом. На мгновение в комнате повисло напряжение, наполненное скрытым страхом и решимостью.

Рикард нахмурился, бросив взгляд на голографический терминал связи в углу комнаты. Устройство мерцало красным индикатором входящего вызова. Линия, через которую он связывался с Игорем Ветровым, использовалась только в экстренных случаях.

— Похоже, это Ветров, — произнёс он, двигаясь к терминалу. — Когда он звонит, ничего хорошего не предвещает.

Лили напряглась, её взгляд задержался на мониторе. Рикард активировал связь, и перед ними возникло голографическое изображение Игоря. Мужчина выглядел измученным, словно провёл бессонную ночь, изучая что-то важное.

— Рикард, — начал он, не утруждая себя формальностями. — У меня плохие новости. Очень плохие.

— Не томи, Игорь, — перебил детектив, скрестив руки на груди. — Что случилось?

— Кларион активизировался. Мы перехватили их переговоры. Они готовят что-то на уровне планетарной катастрофы. И это не гипербола.

Сердце Рикарда сжалось. Лили, стоя позади него, напряглась, словно каждое слово Игоря било по её нервам.

— Продолжай, — сказал Рикард хрипловатым голосом.

— Речь идёт о супероружии, — произнёс Ветров, его голос стал тише, но от этого не менее устрашающим. — Протонной бомбе. Если они её применят, Инглиза исчезнет.

Наступила тишина, как перед бурей. Лили медленно шагнула ближе, её лицо оставалось спокойным, но глаза выдавали тревогу.