На перекрёстках сияли барьерные пешеходные переходы, которые активировались, как только человек подходил к дороге. Сияющие световые полосы опускались с высоты, перекрывая движение парящих автомобилей, и превращали асфальт в безопасные мосты. Голографические указатели и сигналы оживали, когда их нужно было увидеть, мгновенно исчезая, чтобы не загромождать пространство.

Жилые дома были не менее впечатляющими: футуристические комплексы, окружённые зелёными садами, расположенными прямо на крышах. В воздухе порхали дроны, доставляющие грузы, а голограммы мелькали на фасадах зданий, сообщая жителям важные новости или показывая виды природы, которых здесь никогда не было.

По улицам проходили люди, облачённые в лёгкие костюмы с встроенными системами климат-контроля, защищающие от любой погоды. Их шаги отдавались мягким эхом среди высоких зданий, а разговоры смешивались с мелодичными звуками ветра, который здесь никогда не утихал.

Русский мост возвышался над проливом Босфор Восточный, как символ инженерного триумфа. Его опоры, выполненные из титана и прозрачного композита, переливались под светом утреннего солнца, а по всему мосту двигались светящиеся полосы энергосистем, питающие город. Струны мостовых конструкций были украшены лентами лазерных огней, которые плавно меняли цвет, создавая эффект северного сияния прямо над водой.

В самом центре города парили массивные статуи, выполненные из легчайшего материала. Одна из них изображала первого исследователя космоса, другая — великого мыслителя, а третья — сам Владивосток в виде могущественного города, обнимающего океан. Статуи не стояли на месте, они медленно вращались, словно парили в воздухе, напоминая о величии человеческого духа.

Неподалёку от набережной, где океанские волны медленно накатывались на укреплённые берега, возвышалась башня Центра управления Вселенной. Её верхушка, украшенная ярким куполом, светилась, как маяк, а фасад башни напоминал кристалл, преломляющий свет и наполняющий улицы радугой.

Город жил и дышал, смешивая древние традиции с высокотехнологичным будущим. Здесь, на границе воды и неба, каждое мгновение ощущалось как движение к новой эре человечества.

Город был окутан мерцанием голограмм и огней, когда на фасаде одной из самых высоких башен в центре Владивостока загорелся огромный экран. Его поверхность, идеально гладкая и без единого шва, ожила, отражая утреннее небо и освещая окружающие здания мягким, переливающимся светом. На экране появилось человекоподобное лицо новостного робота АР-125-Августа. Его черты были изящными, почти совершенными, но в них угадывалась холодная искусственность: идеальная симметрия, неестественная плавность движений, и глаза, которые, хотя и казались живыми, лишены были души.

— Доброе утро, жители Владивостока, — произнес Август, его голос был мелодичным, уверенным, но всё же лишённым человеческой теплоты.

Звук его слов заполнил улицы, раздаваясь из голографических проекторов, установленных на столбах уличных фонарей. Каждый проектор создавал над собой небольшую светящуюся фигуру Августа, отчего казалось, что новостной робот присутствует повсюду.

— Последние новости: четыре величайшие державы мира — Россия, США, Китай и Северная Корея — продолжают соперничество во всех ключевых сферах деятельности.

На экране за его плечами появилась карта мира, обрисованная контрастными линиями влияния. Яркие цвета обозначали зоны контроля четырёх держав, оставляя остальные страны едва заметными тенями.

— Этот процесс уже не касается только вооружений, — продолжал Август. — Теперь битва развернулась за превосходство в науке, космических технологиях и разработке новых видов энергии.

На экране мелькали кадры: запуск космических ракет, демонстрация новых видов оружия, прототипы летающих машин и подводных баз.

— По последним данным, — продолжал он, — независимые государства практически утратили своё влияние. Их голоса в Совете Глобальной Стабильности остаются незначительными, что ещё больше подчёркивает силу альянсов крупнейших держав.

Лицо Августа едва заметно изменилось: уголки его губ чуть приподнялись, будто он попытался изобразить одобрительную улыбку.

— Это — новая эра человечества, — твердо сказал он, глядя прямо в камеры. — Эра единства через превосходство.

На экране вновь сменились изображения: теперь это были кадры Владивостока, его улиц, парящих машин, сияющих мостов и высокотехнологичных лабораторий.

— Россия остаётся в авангарде глобального прогресса, — добавил Август. — Наши научные достижения продолжают вдохновлять мир.

На улице толпа людей невольно замедлила шаги, поднимая головы к экрану или останавливаясь возле голограмм. Взгляды были сосредоточены, но в них читались тревога и смирение.

— Оставайтесь в безопасности и верьте в светлое будущее. С вами был АР-125-Август, ваш информатор и защитник.

Экран замерцал, затем погас, оставив после себя гулкое молчание, нарушаемое лишь шумом ветра и гудением парящих машин. Через несколько секунд, как только новость завершилась, улицы Владивостока наполнились звуками мягкой, ненавязчивой музыки. Она струилась из невидимых динамиков, встроенных в фасады зданий, и казалась частью самого воздуха, словно город дышал мелодией. Музыка была специально создана, чтобы успокаивать, возвращать людей в привычное русло. Её лёгкие аккорды и плавные мелодии создавали иллюзию гармонии и стабильности.