— Капитан, нам бы поторапиться выйти в море, — сказал он, облокотившись на стол и пристально глядя в мутное дно своего кубка. — Наступает месяц Золотень, и Викотновский залив будет совсем не дружелюбен. С другой стороны, знаешь ведь сам — плывем в Атоллию, а там в это время года погода самая приятная.

Самсон бросил взгляд на завсегдатаев трактира, потом снова перевёл его на своего помощника. Он помрачнел, на миг задумавшись о предстоящем пути.

— Все мы успеем, Драгомир, — ворчливо ответил капитан, тяжело поднявшись с места и потянувшись, как старый кот. Его пальцы скрипнули на рукояти сабли, когда он машинально провёл по ней рукой. — Через неделю, максимум две, мы выйдем из этих холодных морей. А там еще пара недель — и вот она, Атоллия.

На мгновение его взгляд смягчился, когда он представил себе солнечные склоны и леса загадочных далеких островов. Но тут же лицо его снова посуровело: они ведь плывут туда не ради наслаждения видами.

— Мы должны основательно подготовиться, — добавил он, глядя на свет в окне трактира, будто пытаясь в темноте разглядеть будущие испытания. — Это не просто прогулка. Мы хотим высадиться на новой земле. И нам нужно быть готовыми ко всему.

Он повернулся к своему штурману и навигатору, крысолюду по имени Глезыр. Тот сидел напротив, медленно потягивая вино из маленького кувшина и время от времени украдкой поглядывая в сторону двери, словно чего-то ожидал. Когда Самсон обратился к нему, его шерсть встала дыбом, и он дернулся так резко, что разлил вино на стол. Глезыр заторопился, пытаясь стереть пятно тряпкой, и, издавая писклявый смех, заговорил:

— Ох, капитан, да всё я помню, всё отлично запомнил! — Он торопливо извлек из-за пояса свёрнутую карту, покрытую следами лап и каплями чернил. — Вот, даже составил новую карту с отметками течений и рифов! Обещаю, нас не застанет врасплох ни один риф или течение…

Самсон хмуро посмотрел на крысолюда, словно взвешивая его слова. Голос капитана прозвучал низко, как скрип старого дерева:

— На наших плечах важная миссия, Глезыр. Гильдии Гревиона выделили на экспедицию немалые средства. Они ждут, что мы вернёмся не с пустыми руками, а с новыми картами, с описаниями земель и, может быть, с долей сокровищ.

Крысолюд нервно закивал, поджав хвост под стул, а Драгомир, тяжело вздохнув, взял слово:

— Капитан, есть ещё одна новость, не из лучших. Наш кок Луи слёг с оспой. Врачи говорят, он вряд ли быстро поправится.

Самсон резко поставил кубок на стол, и эль выплеснулся на доски. Лицо его помрачнело, как море перед бурей.

— Чёрт возьми, Драгомир, как тут можно поторопиться, когда каждый день приходится искать новых людей?! — Он прошёлся взад-вперёд, натягивая пальцами ворот кожаного жилета. — Но кое-кого я нашёл, и завтра он придёт познакомиться с командой.

Самсон подался вперёд, его тень упала на лицо крысолюда, а голос стал чуть тише:

— Но теперь, выходит, придётся искать ещё и нового кока. Мы не можем отправляться в плавание без того, кто сможет приготовить хоть какое-то горячее варево для команды. Уж слишком долгое у нас путешествие.

Драгомир вздохнул и откинулся на спинку стула, глядя в пламя очага, которое отражалось в его глазах, как маленькие золотые змейки. За окном все завывал ветер, принося с собой запах солёного моря и свежести дождя, обещая перемены и скорую дорогу.

На следующий день утреннее солнце едва пробивалось сквозь серые облака над Бухтой Брауна, подсвечивая стоящий у причала корабль «Рыба-меч» — крепкий когг с высоким бором и одним прямым парусом, надежно закрепленном на толстой мачте. Волны неспешно бились о деревянный борт, а с палубы доносились крики матросов, переговаривавшихся с портовыми рабочими, что спешили доставить на борт последние припасы. Ящики с засоленным мясом, бочонки с водой и крепким ромом, сети, инструменты и сушёные травы — всё это скрипело и грохотало, пока его тянули по трапам.

Самсон стоял на палубе и, закинув руки за спину, вглядывался в морскую гладь. Драгомир, его верный помощник, рядом проверял список припасов, подгоняя матросов громкими командами. Рядом стоял Глезыр, крысолюд, в грязно-зеленом плаще, и обнюхивал воздух, словно пытаясь учуять приближающийся шторм. Временами он шепотом ворчал себе под нос что-то про вечное беспокойство морей и глупость людей, лезущих на воду.

В этот момент на палубу по трапу поднялся темный гном. Его шаги гулко отдавались по деревянным доскам, и матросы невольно обернулись, присматриваясь к новичку. Гном был невысокий, но крепкий, как железный брусок. Его длинная густая борода была заплетена в несколько сложных кос, а глаза горели зелёным огнём, как два изумруда. На его левом запястье блестел странный механизм, напоминающий металлический кулак с мелкими шестерёнками и зазубренными деталями, которые тихо щелкали при каждом движении пальцев. В правой руке он держал небольшую, но явно не простую секиру, украшенную древними рунами.

— Здравствуйте, джентльмены, — проговорил гном глубоким и хриплым голосом, улыбаясь одними уголками губ. — Я Торрик Стеклянный Клык, но можно просто Торрик.

Самсон тепло улыбнулся в ответ, приветствуя нового члена команды. Он протянул руку, и гном крепко пожал её своей механической рукой, которая сгибалась удивительно легко, словно живая.

— Рад тебя видеть, Торрик, — сказал капитан, хлопнув гнома по плечу. — Слышал много хорошего о твоих умениях. Торрик не только отличный инженер и архитектор, но ещё и первоклассный канонир. В наших краях таких днём с огнём не сыщешь.