В Виесте он был очень занят. Но в последний вечер накануне отъезда, прогуливаясь на террасе крепости вдоль восточной стены, той, что смотрит на Адриатическое море, он почувствовал немыслимую тоску. Кто знает, почему море здесь кажется просторнее, необъятнее?

Ему захотелось уехать. Но куда? На поиски чего?

«Я трижды ошибался в женщинах. — подумал он, — Арианна обманула меня, Мария Луиза мне чужая, и Элеонора тоже».

Люди обычно расстаются, когда не созданы друг для друга. Что бы жить постоянно вместе, нужно очень многое. Прежде всего — большая любовь, а еще взаимопонимание, близость интересов. Ему тридцать два года, и он не нашел женщину, которая во всем подходила бы ему.

Маркиз медленно направился к судну, которое доставит его в Роди-Гарганико. В дом, где живет его матушка.

Маркиза приподнялась на подушках:

— Что случилось, Миранда?

— Приехал доктор.

Маркиза уже не раз убеждалась, что доктор Скьяппарелли — хороший врач, поэтому сделала все, чтобы тот поселился поблизости и мог быстро прийти на помощь. Она уступила этому высокому, худощавому человеку лет сорока пяти одно крыло своего палаццо в Роди-Гарганико, и доктор, любивший море, был несказанно счастлив.

— Как сегодня себя чувствует прекрасная синьора?

— Оставьте комплименты, доктор. А чувствую я себя уродливой и старой и к тому же больной.

— Но, приняв бром, вы спали лучше?

— Да, спала, только мне без конца снились кошмары, и остался противный вкус во рту. И еще чувствую, что очень устала, нет сил встать, двигаться. У меня ничего не болит — ни голова, ни желудок, ни ноги, только вот эта усталость и тошнота. Скажите правду, будь мне двадцать лет, вы, наверно, подумали бы, что я жду ребенка? Миранда! Подай халат.

— Что вы хотите делать, маркиза?

— Встать, двигаться. И скажи Джузеппе, чтобы приготовил двуколку. Поеду с доктором в Роди-Гарганико. Как по-вашему, доктор, мне полезно будет прогуляться или, напротив, вредно?

— Прошу вас, маркиза, оставайтесь в постели. Такая утомительная поездка может быть опасна для вас. Вам нужен полный покой.

Доктор негромко о чем-то переговорил с Мирандой, та кивнула, и он направился было за ней к двери.

— Ну конечно же, — вмешалась маркиза, — оставили, не беспокойтесь. Сама могу сказать, что моча все еще красная. Именно это вы хотели узнать?

Доктор Скьяппарелли смутился:

— От вас маркиза, ничего не скроешь… Вы правы, я об этом спрашивал. И вам прямо скажу: у вас в моче кровь. Причины мне пока неясны. Но полагаю, это почечная недостаточность. Вам необходим отдых, грелки и легкая диета. А теперь позвольте, пожалуйста, измерить ваш пульс и температуру.

Держа в руке массивные часы, доктор сосчитал пульс, коснулся лба маркизы.

— Ну, здесь все хорошо. Вам важно вооружиться ангельским терпением, маркиза. Болезнь может оказаться длительной. Соблюдайте предписанный мною режим.

— Хорошо, доктор, я сделаю, как вы велите. Не бойтесь, я буду послушной больной. А теперь скажите честно, я поправлюсь?

— Конечно, маркиза, поправитесь. Ваши почки останутся несколько ослабленными, но вы сможете вернуться к своим обычным делам. Если, конечно, не будете переохлаждаться и переутомляться.

Маркиза слушала рассеянно. Доктор Скьяппарелли говорил то же самое еще несколько месяцев назад, когда она впервые почувствовала недомогание. Все началось с того, что она верхом отправилась в Апричену и попала в грозу. Был октябрь, дул холодный северный ветер. Маркиза подхватила бронхит и болезнь горла, которые затянулись на два месяца. Оправившись от болезни, она снова окунулась в дела.

Маркиза уже привыкла работать вместе с Марио, ей доставляло огромное удовольствие осуществлять его планы, а также участвовать в разработке все новых проектов. Казалось, фантазия ее сына неистощима, но и у маркизы были свои сильные стороны, она обладала опытом и врожденным чутьем организатора. И если порой ни Марио, ни Вито Берлинджери не замечали преимуществ какого-то начинания, она быстро улавливала суть любого из них. Реформы, говорила она, нуждаются в деньгах, в очень больших деньгах. Единственный способ получить их — добывать средства с помощью самих же реформ.

Шел 1805 год. В результате реформ Марио в имениях маркизы стали производить вдвое больше зерна, а благодаря хорошему хранению улучшилось его качество и возросли доходы от продажи. После того как соорудили мельницы, появились две фабрики макаронных изделий, которые снабжали своей продукцией Фоджу; Плантации хлопка, льна, конопли давали очень хорошие урожаи. Начали строить прядильную и ткацкую фабрики, изготовлять канаты. Отлично пошла торговля рыбой, с тех пор как применили новый способ ее засолки.