Открыл на телефоне календарь, попытался вспомнить. В каком месяце я летал на Бали? В каких числах? Точно не помнил, но явно как только появилась возможность Арине вступить в наследство.

Мне об этой поездке до сих пор вспоминать тошно. Лучше бы я Андрея послал вместо себя. Или Уно. Да кого угодно. Нет, блядь, сам поперся...

— Мы как раз незадолго перед этим с вами там были, — напомнил Андрей.

— Не помнишь, в каких числах?

На экране ноутбука появился календарь моих перелетов за тот год.

Девочка родилась через две недели после моего феерического приезда. И отъезда. И я никогда не был в Убуде, это совсем другой город.

А Арина была. Возможно, она знала мать ребенка?

— Что-то известно о матери девочки?

— Ничего. Имя, фамилия, возраст. Все. Мы не сумели ее отследить. Я такого пиздеца давно не помню, Демид Александрович. Точно как с той девчонкой, которая чупа-чупс потеряла. Куда ни сунься, везде забор трехэтажный и замки. У меня дежавю прям!

— Катя? — внутри зашевелилось нехорошее предчувствие. — Какая может быть связь у мелочи, которая врезалась в меня в супермаркете, с ребенком, родившемся на Бали?

— Может эту Катю тоже Ди Стефано крестил?

— Прям не Ди Стефано, а патриарх Илия, — пришла моя очередь скривиться. — Или Винченцо тоже крестит каждого третьего ребенка ***?

— Насчет этого не знаю, но крестников у Винченцо дохуя.

— Мне нужны фотографии трехлетних детей, — сказал я Андрею, — рандомных.

Выборка была у меня на ноуте через десять минут.

Я сохранил всю присланную инфу, забрал папку с собой и продолжил ломать голову дома.

Просмотрел фото каждого ребенка, хотя это было совершенно лишним. Я слишком хорошо помню девочку в желтой шапке, чтобы сомневаться.

Она гораздо меньше Майи, а Пчелке трех ещё нет. Я точно знаю, мои ноги вполне могут сойти за линейку измерения роста обеих девчонок. Между ними сантиметров восемь разницы. Ну может семь.

С трехлетней Дэви должны быть все десять, если верить стандартам в интернете.

Я даже Соне позвонил. Трубку взял Рустам. Я спросил не знает ли он, какой рост был у Пчелки в два года. Ждал, что он меня пошлет. Не послал, позвал жену.

Соня нашла в ноутбуке свои записи, я нашел рулетку и замерил по ноге.

Я все-таки прав, Кате около двух лет. Но как она может быть связана с главой сицилийского клана? Как с ним связана Дэви, на мой взгляд ясно как божий день.

Это ребёнок Феликса или может самого Винченцо. Арина выполняет часть сделки, потому и не стала удочерять девочку, а оформила опекунство.

Судя по отчету, Арина свои обязанности выполняет ответственно и добросовестно. Всегда такая была... Или возможно она в самом деле привязалась к ребёнку.

Но вопрос, что задолжала Арина Винченцо, остается открытым. Проще было бы спросить саму Арину, но интуиция подсказывает, что ответа я не получу. Тем более, что она собиралась в аэропорт.

А вот Феликс никуда не собирался. И его передвижение не так тщательно скрываются семьей Ди Стефано. Как минимум, я знаю, в каком отеле он остановился.

За руль мне нельзя. Забираю охранника на входе, и мы едем в отель. По дороге звоню Феликсу, он на удивление отзывается сразу.

— Слушаю, Демид.

— Я через пять минут буду в баре отеля. Надо поговорить.

— А до завтра нельзя отложить? Я уже собирался спать.

— Что ты как старпер? Я переживал, что снял тебя со шлюхи.

— Я не пользуюсь услугами шлюх.

— Это касается Арины.

Молчание в трубке.

— Ладно, сейчас спущусь.

В бар я вхожу ровно через пять минут и буквально следом за мной входит Феликс. Мы садимся за дальний столик, я беру кофе. Феликс с трудом сдерживает зевок.

— Говори, что хотел?

— Дэви Ди Стефано, — впиваюсь взглядом в его лицо. — Почему Арина оформила над ней опекунство? Она твоя дочь или Винченцо?

Феликс смотрит на меня несколько секунд не мигая, затем выгибает бровь.

— Ты серьезно вытащил меня из кровати чтобы узнать о крестнице моего отца?

Достаю телефон, разворачиваю экраном к Феликсу.

— А эта девочка как-то связана с Ди Стефано? Ее зовут Катя.

Феликс молча разглядывает экран, поднимает глаза и упирается в меня изучающим взглядом. Мне мерещится, или в его глазах реально мелькает что-то похожее на сочувствие? Я сошел с ума или этот говнюк решил меня выбесить?

— Тебе не кажется, что все эти вопросы не ко мне, Демид? Задай их Арине. А знаешь что, лучше даже не Арине. Спроси у моего папаши, он любит, когда ему задают всякие вопросы. Могу даже поспособствовать, воспользоваться семейными связями и выхлопотать для тебя аудиенцию. Доброй тебе ночи.