Чиара тяжело вздохнула. Она отчетливо понимала, что сейчас пытается, образно говоря, натянуть сову на глобус. Как ни крути, но скаут, как и рейнджер, вряд ли способен скастовать что-то из магии Разума. Да и какие у нее могли быть мотивы? Зачем ей подставлять Элая, даже если бы у нее была такая возможность? Или же ей Нанту чем-то не угодил?

«Что касается Амазонки, то про нее я вообще ничего не знаю, — констатировала она. — Можно ли считать данный факт подозрительным? По закону жанра преступником должен быть тот, от кого меньше всего ждешь. Но законы жанра в жизни плохо работают, и в этом вся беда. А кроме того…» — тут Чиара запнулась. Врать себе смысла не было, а потому ей пришлось признать очевидное. Человеком, который имел возможность совершить убийство и при этом вызывал у нее наименьшее количество подозрений, была вовсе не Амазонка.

Этим человеком был Элай.

Могло ли быть такое, что Элай сам, по собственной воле, сделал то, что он сделал? Неужели Мяур был прав, когда сказал, что мотивом послужило банальное соперничество из-за женщины? Чиара не знала, были ли между Элом и Алварикой какие-то отношения кроме чисто дружеских, но не могла не отметить, что большую часть своего свободного времени они проводили вместе, и, похоже, чувствовали себя в обществе друг друга абсолютно комфортно. «Это еще ни о чем не говорит, — строго сказала себе Чиара. — В конце концов, у нас с Тэмом то же самое, но между нами ничего нет. Да даже если допустить, что у них действительно романтическая связь — все равно, не стал бы Элай так поступать с соперником. Нет, там что-то другое».

В ожидании стражи Чиара снова и снова прокручивала в памяти подсмотренный эпизод. Вот Нанту, висящий над кислотными водами Подземелья, запрокидывает голову наверх и что-то говорит танку. Вот Элай недоверчиво хмурится его словам и в конце концов бросает что-то отрывистое в ответ. И вот, наконец, рука его разжимается, и маг Льда совершает свой короткий полет вниз, прямо в кислоту.

Что такого ужасного мог сказать Нанту, что заставило бы Эла отправить на верную смерть беспомощного, зависящего от него эльфа?

Ответ на этот вопрос знал лишь один человек.

Гигантская ящерица разжала когти, и Элай, которого она мертвой хваткой сжимала в своих лапах, рухнул вниз, на серый песок. Ноги послушно спружинили, предохраняя тело от слишком быстрого соприкосновения с землей, но все же ему пришлось коснуться песка рукой, чтобы восстановить равновесие и не завалиться на бок. Элай тут же вскочил на ноги, готовый действовать — но было уже поздно. Небесная охотница вместе с сидящим на ней целителем сделали прощальный круг, набирая высоту, и улетели обратно, по направлению к Ориоксу.

«Ну, Тэм, ну паршивец… — промелькнуло в голове у Эла. — Притворялся таким демократичным, уважающим свободу чужого выбора, а на проверку оказался ничуть не лучше Рона. И даже хуже. У Рона интеллект подкачал, но Тэм-то должен был подумать о последствиях. Ну ничего, вот вернется он — и уж я ему мозги прочищу. Научу на будущее, как следует себя вести…» — на этой мысли Элай внезапно запнулся, вспомнив о том, что никакого будущего уже не будет.

По крайней мере, у него.

— Ну а теперь объясни-ка мне, дорогой мой! Какого монстра ты это устроил, а? — послышался негодующий голос Алварики, и Эл перестал смотреть вслед улетевшему целителю и обернулся к ней. Лучница, которая спрыгнула с ящерицы следом за танком, стояла в паре шагов от него, уперев руки в бока, и сердито сверкала глазами.

— С чего ты отказался лезть на ящерицу? Решил, что лететь в когтях тебе будет удобнее? А если бы она выронила тебя по дороге, а? Об этом ты подумал? — возмущенно сыпала вопросами Алва, не давая Элаю вставить ни слова. Похоже, именно она выступала организатором и идейным вдохновителем его принудительного спасения.

— Я не просил меня спасать, — устало ответил он, как только поток вопросов закончился. Сбросил с плеч собственный рюкзак и принялся рыться в нем, не обращая больше внимания на разозленную девушку.

— Ну что вы, что вы… Не стоит благодарностей, — язвительно протянула Алва. — Ну в самом деле, Эл, что на тебя нашло? Жить надоело? Может, от нашей малышки подхватил склонность к суициду?

— Ты сама все прекрасно понимаешь, — Элай наконец отыскал в рюкзаке растяжки магического защитного контура, повернулся спиной к своей собеседнице и занялся их установкой.

— Нет, не понимаю! Объясни! — она обогнула его, присела на корточки и требовательно заглянула в глаза.

— Алва. Не пытайся казаться глупее, чем ты есть, — помимо собственной воли, Элай мало-помалу начал заводиться. Сначала Рон, который вынудил его покинуть данж, а потом Алва и Тэм при соучастии крылатой ящерицы уволокли танка от городских стен, совершенно не считаясь с его собственными планами и намерениями. Его группа полностью вышла из-под контроля и превратилась в сборище идиотов, активно ищущих неприятностей на свою задницу. И в результате его же за это и отчитывают?

— Ты что, сейчас намекаешь, что я веду себя как идиотка? — обманчиво спокойным голосом уточнила Алварика. — Я правильно поняла твои слова? А сам-то, сам… а-а, к монстрам все! С меня хватит! — и она прыгнула на него, едва не опрокинув на спину, и в ярости замолотила кулаками по его груди, давая выход бушующим эмоциям. Элай сгреб ее в охапку и хотел было встряхнуть и отодвинуть от себя, как лучница вдруг перестала драться и разрыдалась в голос, повиснув у него на шее. Танк тяжело и как-то безнадежно вздохнул, но все же обнял девушку и принялся гладить ее по спине, пытаясь утешить.