Ого. Значит будет небольшая задержка, почти прямой эфир. Большинство шоу снимается за несколько месяцев до показа, и съемки заканчиваются до того, как первый эпизод выходит в эфир.

Но мы всё ещё снимаем, пока шоу показывают по телевидению.

Думаю, это только сделает всё ещё более безумным.

— Прячетесь? — спрашивает Райк, подходя к нам от бара с банкой Fizz Life и тарелкой шведских фрикаделек.

— Может быть, — говорю я. Мой желудок урчит при виде фрикаделек. Я так нервничала весь день из-за вечеринки по поводу показа, что забыла поесть.

— Присоединишься к нам? — спрашивает Ло с легкой улыбкой.

— Да, — говорит Райк, протягивая Ло банку Fizz Life, а затем передает мне фрикадельки. Они для меня? Я улыбаюсь и прежде чем успеваю поблагодарить его, он добавляет: — Если мне ещё минуту придется слушать, как Сэм Стоукс говорит о рекламе продукции Fizzle, я, блять, застрелюсь.

Губы Ло приподнимаются, и он смеется.

— Может, тебе стоит записывать.

В центре комнаты муж Поппи беседует с моим отцом, на лице Сэма — красивая улыбка, руки жестикулируют, пока он говорит. Моя старшая сестра осталась дома с Марией, чтобы укрыть её от внимания камер.

— Что ты имеешь в виду? — спрашивает Райк, проводя рукой по волосам. На нем, как и на Ло, дорогой пиджак с обычной рубашкой под ним, идеально подогнанной под их тела.

Мне хочется снять рубашку с Ло и провести руками по его прессу. Может быть, позже, думаю я, жуя фрикадельку.

— Я в курсе, что не вписываюсь в это, — Ло показывает в сторону бального зала и причудливых украшений: золотые лилии, ромашки и розы в качестве центральных композиций на высоких столах. — Но ты выделяешься еще сильнее, чем я.

— Это правда, — киваю я.

Райк разводит руками.

— Я уже бывал на таких мероприятиях, как это. Я рассказывал вам обоим.

К тому же он присутствовал на презентации новой газировки Fizzle вместе со мной около года назад. Событие было таким же гламурным.

— Ты выглядишь каким-то сердитым, — добавляю я и морщу нос, чтобы проиллюстрировать это.

Райк хмурится.

— У тебя что, запор?

— Нет, — я расслабляю лицо.

— Тогда что ты, блять, делаешь?

Какой он злой.

— Именно, — говорю я, выражаясь абсолютно не ясно. Но он продемонстрировал, какой он на самом деле грубый.

Сомневаюсь, что кто-то подходил к нему всё это время.

— Я не обязан нравиться людям, — говорит нам Райк. — Я такой, какой есть.

Ло делает глоток своего напитка и похлопывает Райка по спине скорее с симпатией, чем с сухим юмором.

— Думаю, мы узнаем, насколько ты нравишься людям после выхода шоу в эфир.

Затем он поворачивается и берет одну из моих фрикаделек за зубочистку.

— Нормально тебе там подворовывать? — спрашиваю я его.

Он запивает еду своей газировкой.

— Преступно, — говорит он, приподняв брови. Я бью его по руке, и он реально вздрагивает. На этот раз по-настоящему. — Господи Иисусе.

— Я качалась, помнишь?

Я сгибаю руку, чтобы показать ему свой бицепс (всё ещё крошечный, но больше, чем раньше). Камеры за моей спиной бешено вспыхивают, и я тут же опускаю руку и начинаю краснеть.

— Ты имеешь в виду ту маленькую гирю, которую купил тебе Райк? — спрашивает Ло.

Райк больше не обращает на нас внимания. Он сосредоточен на Дэйзи в другом конце комнаты, которую до смерти убалтывает наша мама. Я должна пойти и спасти ее... но столкновение с мамой, которая ведет себя так, будто я её троюродная дочь, не входит в список моих желаний.

Ло машет рукой перед нашими лицами, и мы поворачиваемся к нему, а не к собирающейся толпе.

— Может, нам просто уйти? — Ло дергает за свой воротник. Он прав. Мы стоим в углу неудачников с немного угрюмыми лицами, несмотря на шутки тут или там. И я только один раз подумала о сексе в туалете.

Определенно, это успех.

— Я не против, — говорит Райк.

— Нет, — в итоге заявляю я, удивляя даже себя.

И Райк, и Ло смотрят на меня так, будто у меня вырос рог единорога.

— Мы нужны Роуз, — объясняю я.

В другом конце бального зала моя сестра стоит рядом с Коннором, пока он общается с какими-то бизнесменами. Это шоу в основном для неё. Немного для репутации Fizzle. Но мы все здесь и участвуем в этом всём, чтобы Calloway Couture пережила последствия моего секс-скандала.