Пометка: внепланово посетить церковь на этой неделе.

– Что Вы собираетесь с этим делать?

Эбигейл и её неутолимое любопытство. Если бы оно принадлежало кому-то другому, то, вероятно, раздражало бы меня, но так как оно было её, я не испытывал ничего такого.

Джей Ди посмотрел на меня, спрашивая без слов, может ли он говорить с ней об этом, и я кивнул в знак согласия.

Ему изначально не понравилось, что она вообще принимала в этом участие: он считал, что втягивать в такую работу женщин неправильно. Не потому что они бы не справились и всё испортили, а потому что это было опасно для них больше, чем для мужчин.

Сделать им больно в разы легче, чем нам.

Поэтому его до сих пор не устраивало, что мы держали Арабеллу так близко ко всему этому. Она была сильной как физически, так и морально, однако продолжала оставаться девушкой.

– В будущем я планирую поступить в медицинскую школу, – не дождавшись ответа, объяснила Эбигейл. – Я определилась со специальностью, но мне интересно не только это.

– Хочешь подробностей?

– Да.

– Ладно, для начала удостоверюсь, что условия транспортировки не были нарушены, – ответил Док. – Если…

– Всё в порядке, – уверил я его.

Мы были предельно осторожны, и Арабелла чётко следовала инструкции при сборе.

– Если всё так, как он говорит, мои специалисты приступят к экстрации ДНК из образцов спермы. Затем проведут полимеразную цепную реакцию для усиления специфических участков, чтобы после увеличенная ДНК подверглась анализу с использованием стратификационных методик, таких как генотипирование, которое может помочь идентифицировать индивидуальные генетические маркеры.

Я ничего не понимал, Эбигейл же наоборот выглядела так, будто ей было всё предельно ясно.

Слишком умная девушка для такого глупого парня, как я.

– После завершения анализа они сравнят с ДНК, полученной из ранее изъятых образцов, а я подготовлю детальный отчет о проведенной экспертизе, включающий результаты сравнения, вероятности совпадения и выводы.

Чтобы потом его можно было предъявить в суде. Этим уже будем заниматься не мы. Наша задача лишь помочь с неопровержимой доказательной базой.

И защитить лица, которые осмелятся предъявить обвинения.

– Ранее изъятых образцов? – переспросила Эбигейл.

Прежде чем я успел увильнуть от ответа, Док отвернулся от нас, проверяя целостность контейнеров. Не заметив моей реакции, он дал ей ответ:

– Да, из тел тех мертвых детей, что они нашли.

Я закрыл глаза, желая исчезнуть.

– М-мёртвые дети?

Мои веки зажгло, и я понял, что Эбигейл смотрит на меня. Пытаться уйти от ответа было бессмысленно, пришлось вернуться в прежнее положение. Когда молчание продлилось слишком долго, Джей Ди обернулся в нашу сторону.

– Она не знала?

Я покачал головой, громко выдохнув.

Эбигейл побледнела, узнав, что они были мертвы. Что же с ней будет, когда ей станет известно, что их тела подверглись сексуальному насилию только после смерти?

Мы не узнаем, потому что и она не узнает.

Я бы тоже не хотел. Видеть это. Нести крохотные холодные тела на своих руках. Хоронить их. Ничего.

Док поджал губы, решив придержать язык за зубами, чтобы не раскрыть ещё некоторые подробности.

– Сколько нам ждать?

– Недели две.

Я сомневался, что мы что-то найдем. Ни Бенджамина, ни Джерри не интересовали дети. Подростки, возможно. Однако маленькие девочки были не в их вкусе. Я знал, кто любит их, но понятия не имел, как нам подобраться к нему, не рискуя жизнью невинного ребёнка.

– Ты в порядке? – спросил, наклонившись к Эбигейл.

Девушка тяжело сглотнула, посмотрев мне в глаза, и несколько раз кивнула. Её взгляд был потерян.

Она соврала, тем не менее я сделал вид, будто не понял этого.

Дело в том, что она узнала до того, как мы приехали сюда, или после? Вероятно, и то и другое.

Я планировал поговорить с ней, только уже не сегодня, так как мы оба вымотались. Но вопросы словно разрывали её голову, поэтому я собирался наплевать на свои планы.

Она ляжет спать спокойной.

И, возможно, мои объятия помогут ей в этом, если она позволит.

– Пойдём?

Я взял её за руку и повёл в сторону выхода, не попрощавшись с Доком, который вернулся к своей работе. Мне хотелось поскорее вернуться в квартиру и заснуть, чтобы этот день закончился, потому что чем дольше он продолжался, тем больше происходило того, что выбивало меня из колеи.