И я надеялась, что не познаю его вновь ближайшие десятки лет.

У меня было так много планов на эту жизнь.

Моё время ещё не пришло.

– Она знала алгоритм оказания первой медицинской помощи, так как подрабатывала в больнице, поэтому же смогла провести оценку моего состояния и помочь мне.

На самом деле это чудо, что Мэй справилась. Она не была врачом или хотя бы медсестрой, а занимала должность санитарки. Думаю, дело было в её детях и внуках, вечно попадающих в беду.

Однако мой случай был не единственным необычным в её практике.

Однажды она рассказала мне историю о девушке, за которой ухаживала. Та попала в автокатастрофу, после которой её тело перестало принадлежать ей, и впала в кому. Но был один мужчина, жадно любивший её. Он не хотел мириться со смертью, уготовленной для неё, и решил переписать судьбу.

Мне до сих пор было неизвестно, смогла ли она выбраться из этого состояния.

Что всё-таки оказалось весомее: решение Господа или человеческие чувства?

В любом случае я считала, что Мэй приукрашивала, чтобы вселить в меня силы для борьбы. И… не верила, что мужчины могли так любить.

– Она спрятала меня и помогла восстановиться. Меня искали, поэтому она привела меня в ресторан, но попросила больше не волноваться, потому что теперь я была под защитой Асторе.

Её слова до сих пор оставались для меня загадкой. Возможно, Деметрио мог объяснить мне?

– Почему она назвала именно твою фамилию?

Он пожал плечами.

– Понятия не имею.

У меня была теория, что Мэй знала о законах Каморры, а особенно о Деметрио, который считал наказание детей и женщин – уделом слабых, поэтому её выбор пал на него.

Но это звучало так же странно, как и теория о том, что они были знакомы. Узнаю ли я когда-нибудь правду?

Узнаю. После того как получу свои деньги, первым делом навещу её, чтобы отдать долг с компенсацией, отблагодарить за всё, что она сделала для меня, и расспросить об Асторе.

– Ты не злишься?

– Злюсь? – нахмурившись, переспросил парень. – За то, что моё имя смогло уберечь тебя, чтобы теперь я сидел с тобой за одним столом в твой день рождения?

Особый повод. Причина, по которой он привёл меня сюда.

Кто сказал ему, что сегодня мой день рождения?

– Время подарков! – хлопнув в ладоши и потерев их друг об друга, объявил Деметрио.

Я посмотрела по сторонам.

Будет что-то ещё?

– Я думала, ужин и есть подарок.

– Ужин?

– Ты, должно быть, заплатил за каждый столик, который мог принести чек этому ресторану сегодня вечером.

– Так и есть.

– Это дорого.

– И?

– Этого было бы достаточно.

Я хотела немедленно остановить его, так как и без того чувствовала себя неудобно. Дело было не в свидании. И даже не в подарках, которые я бы не отказалась получить от него, так как Деметрио не из тех, что просит что-то взамен, и определенно не тот тип мужчины, рядом с которым чувствуешь себя должной.

А непосредственно в самом дне рождения.

– Кто сказал?

Я безнадёжно выдохнула.

Если снять целый ресторан на вечер – не подарок, то что подарок в его понимании?

Не успела я подумать об этом, как официант с подносом уже подошёл к нашему столику. Еда? Из-за крышки было непонятно, что находится внутри.

– С восемнадцатилетием, Куколка.

Едва Деметрио произнёс своё немногословное поздравление, перед глазами показалось то, что я никак не ожидала увидеть.

Каталоги учебных заведений, которые содержали информацию об их программах, условиях поступления и других аспектах, заполняли поднос, заменивший пустые тарелки с моей части стола.

– Эбигейл?

Я медленно подняла взгляд на парня, продолжая оставаться в недоумении. Мой рот был буквально приоткрыт из-за этого. Я ещё никогда не была так растеряна.

– Это подарок, – повторил Деметрио. – Когда мы закончим, ты получишь свои деньги ровно в той сумме, о которой мы договаривались.

Конечно, потому что это стоило в десятки раз больше!

Гарвард, Университеты Брауна и Джонса Хопкинса, Стэнфорд.

Раньше я мечтала учиться там, но это было невозможно по ряду причин.