В этот момент из глаз Бессонова напрочь пропадает радужка - сплошная тьма, которая вот-вот поглотит и меня.

– Сильнее, сожми, - хрипло просит он.

Именно просит. Так отчаянно, словно без этого ему будет очень плохо. А я остро ощущаю в этот момент власть над ним - Марат хочет меня. Хочет так, что теряет контроль. Сейчас даже не важен дискомфорт у меня в пояснице и ниже после моего нового сексуального опыта. То, как Бессонов смотрит на меня в этот момент, с лихвой компенсирует все неудобства.

Никто никогда не смотрел вот так - словно я для него центр вселенной.

– Еще, царевна. Не бойся, он не сломается.

В темных глазах пляшут черти, но меня это не пугает. Сейчас все наши разногласия остались там, за порогом спальни. В данный момент мы просто мужчина и женщина, которые хотят друг друга до дрожи в коленках.

Марат шумно выдыхает и вдруг прикасается пальцами к моим губах. Чуть надавливает, ныряя в рот, затем вытаскивает пальцы и проводит ими, словно размазывает слюну.

– Хочу трахнуть твой рот, - хрипло выдает он. Смотрит с таким диким желанием, что я мгновенно вспыхиваю до корней волос.

В голове тут же формируются яркие, откровенные образы того, как я пробую на вкус его член, как тот погружается в мой рот, а я стою на коленях перед Бессоновым.

Картинка настолько реалистична, что у меня сбивается дыхание. Хотя, кажется, рядом с ним оно вообще не бывает спокойным.

– Пососешь?
– спрашивает Марат, продолжая ласкать мои губы и смотреть на них так жадно, словно у него в голове тоже на повторе крутятся те же самые порно картинки.

– Джентльмены вперед, - предлагаю из вредности и желания подразнить его. В целом я не испытаю внутреннего отторжения от идеи минета. Мне интересно попробовать именно с ним - с мужчиной, который переворачивает мои чувственные ощущения, и с которым я уже дважды была близка.

Я не жду, что Марат согласится, но он лишь криво ухмыляется, чуть отступает, а затем, не отрывая от меня взгляда медленно опускается на колени и прикасается губами к низу моего живота.

Это не первый его поцелуй, но почему-то именно он воспринимается особенно остро и горячо. Вид Бессонова у моих ног - это что-то запредельное. Он мягко обхватывает меня за бедра, скользит языком ниже, чертит узоры, пробираясь пальцами к моей промежности.

Я молчаливо подчиняюсь его просьбе и раздвигаю ноги, а буквально в следующее мгновение он раскрывает меня и кладет мою ногу себе на плечо.

Я снова уязвима, но внутри есть четкая уверенность, что Марат меня не обидит и не причинит боли. По крайней мере, в постели.

Первое прикосновение языка к чувствительной плоти запускает во мне новые неведомые реакции. Естественно, я читала про оральный секс и в теории много всего узнала. Но никакие описания и рядом не стоят с тем, что я испытываю.

Это так ярко и сногсшибательно, что я практически сползаю вниз - лишь крепкие руки Бессонова удерживают меня.

Он с таким энтузиазмом и желанием целует меня внизу, ласкает, проникает языком все глубже, что этим невозможно не восхищаться.

Я уже не пытаюсь сдержать стоны и доверчиво подаюсь вперед, запускаю пальцы в короткие волосы мужчины, позволяя ему трахать меня. Я напрочь забываю о дискомфорте, который стал появляться, когда действие смазки стало спадать.

Марат входит в меня двумя пальцами, сгибает их, безошибочно находя нужные места, от прикосновения к которым у меня закатываются глаза от удовольствия.

– Еще, - прошу, не замечая, как вжимаю голову Бессонова к себе между ног.

Чуствую весьмо ощутымый укус на внутрененнй стороне бедра и распахиваю глаза.

Его темный взгляд ловит мой. Марат крепко удерживает меня до момента, пока мои мышцы не сокращаются, освобождая то напряжение, что достигает своего пика.

Я теряюсь в пространстве. Только когда мужские губы накрывают мои жестко и и бескомпромиссно, немного фокусирую взгляд. Чувствую собственный вкус на губах Марата, и это заводит еще сильнее.

Такой суровый, циничный, опасный мужчина стоял передо мной на коленях. Разве можно остаться равнодушной?

– Пиздец ты вкусная, царевна, - вкрадчиво сообщает Бессонов, при этом накрывая мою грудь сразу обеими ладонями.

– Приму за комплимент, - пьяно улыбаюсь, откровенно любуясь им в этот момент.

Сейчас на нем нет холодной непроницаемой маски, за которой прячутся все эмоции.

Секс оголяет тебя, с этим не поспоришь.

– Как насчет ответной любезности?
– довольно скалится Бессонов, весьма выразительно толкаясь членом мне в живот.
– Уверен, твои губы будут так же охуенно смотреться на моем члене, как королевство снизу.