Чудо-женщина! Умница! Слушая ее пламенную речь, вполне можно подумать, что нас обоих она давно знает. Главное, чтобы упрямый горец не подвел. Боюсь, если не сделает мне предложения, милиционеры из элементарного любопытства решат проверить у него паспорт. Вдруг там уже есть штамп из загса?

В воздухе висела звенящая от напряжения тишина. Чувствуя, как кровь пульсирует в висках, я старалась не нервничать.

Ну же, Али! Неужели произнести ничего не значащие слова — проблема? Это лишь спектакль для патруля.

Князь мучительно медленно потер переносицу. Обернувшись к нашей случайной помощнице, учтиво поблагодарил:

— Спасибо за разъяснения. Вот теперь я понял.

— Наконец-то, — съязвила языкастая продавщица.

Не реагируя на колкость, горец опять повернулся ко мне, нежно взял за руку и проникновенно заговорил:

— Светом своей души ты отогрела мое сердце. В нем никогда не будет места для другой женщины. Мои чувства к тебе сильны, а помыслы чисты. Я сделаю все, чтобы ты была со мной счастлива. Окажешь ли ты мне честь, звездочка? Станешь ли моей супругой?

Наши взгляды встретились. Я судорожно сглотнула. В отличие от меня, князь не играл. Он сделал мне самое настоящее предложение.

Отвратительное ощущение. Мы оба знаем, что в другой ситуации я бы ответила отказом.

— Мне бы такого. Не тяни, соглашайся сразу. Не будь дурой! — послышался за спиной женский голос.

— Достойного выбрала мужчину, — авторитетно поддакнул усатый милиционер.

Избегая смотреть на Али и проклиная тот момент, когда в моем разуме родился этот авантюрный план, набрала в грудь воздуха и выдохнула:

— Я согласна!

Свежеиспеченный «жених» галантно поцеловал мне пальцы. Зрители довольно загудели.

Уф-ф. Все. Концерт окончен. Раскланиваемся и уходим.

Усиленно демонстрируя смущение, я взяла горца под руку, собираясь под шумок увести отсюда. Но едва сделала малюсенький шажок в нужном направлении, как продавщица вознегодовала:

— Гоев, да что ж ты такой интеллигент?! — она поерзала в своем окне. — Сказать красиво сказал, а поцеловать невесту как подобает не сумел. Храбрости, что ль, не хватило? Так мы тебе поможем! Горько!

— Горько! — гаркнул усатый патрульный.

— Горько! — подхватил второй.

— Горько! Горько! — дружно принялась скандировать собравшаяся вокруг нас толпа.

М-да уж.

Глава рода Гоевых притянул меня к себе, обжег дыханием ухо:

— Позволишь? — и замер в паре сантиметров от губ.

Я мысленно обреченно вздохнула и чуть-чуть подалась к нему. Правильно оценив маневр, мужчина прижал меня крепче и с упоительной, какой-то запредельной нежностью поцеловал.

И совершенно неожиданно мои ноги стали ватными. Реальность поплыла. Подбадривающие «жениха» голоса становились все глуше.

Стоп.

Решительно отстранилась от Али. Тот тяжело вздохнул. Затем собственнически обнял меня за плечи, кивнул патрульным и уверенным шагом пошел вперед по улице.

Как только мы свернули за угол, мягко убрала с плеч руку горца, пригладила растрепавшиеся волосы.

— Ты слишком беспечен. Не стоит гулять по Москве, пока нет документов. У тебя сейчас могли возникнуть проблемы. Прости за эту инсценировку, но ничего другого быстро придумать не получилось.

Гоев промолчал.

Пройдя со мной мимо высотки с рекламой пепси на крыше, он притормозил в паре метров от желтого такси.

— За дом и землю я заплатил собственными бриллиантами. Для ускорения сделки на продавца и нотариуса пришлось воздействовать родовым артефактом. За ночь в чужом мире адаптироваться невозможно, а с проблемами надо разбираться. Пусть я и потерял силу, но не перестал быть мужчиной.

Елки зеленые! Артефакт! Как я об этом не подумала?!

А ведь я обидела Али своим недоверием. Хотя нет — оскорбила.

Князь отогнул рукав пальто. Удостоверившись, что обратила внимание на браслет, одернул рукав и сухо бросил:

— Я не столь беспечен, как ты считаешь. Среди прочего мой артефакт способен отводить глаза, в том числе и местным полицейским, — он распахнул дверцу машины, жестом предлагая мне сесть.

Твою мать! Вот идиотка! Развела цирк на пустом месте!

Ужом скользнула на заднее сиденье. Мрачно отметила, что водитель у нас все тот же. Князь устроился рядом с таксистом, и автомобиль тронулся с места. Водитель попытался пообщаться с Али, но горец не пожелал поддержать диалог.