— Я не желаю брачного обряда в храме, — грозно произношу я, по очереди смотря на собравшихся. — Наш брак заключен по всем правилам, магией мы обменялись, вязь на шее имеется. Устраивать пышное торжество ради потехи публики? Увольте.

— Но, Аля, это же знаменательное событие в жизни каждой девушки, — пытается убедить меня Кейт. — Браком сочетаются один раз и на всю жизнь. Неужели ты не хотела бы запомнить этот день?

— Поверь, я и без обряда запомню день, когда стала женой Райнхольда.

— Герцог Линден, я бы хотел поговорить с вами наедине, — прерывает Давид наш с Кейт спор не терпящим возражения тоном.

— Я готов ответить на любые ваши вопросы, ваше величество.

— В моем кабинете.

Из меня вырывается нервный смешок. Это в том самом кабинете? В котором за книжным шкафом скрывается портал в мир, полный демонов, подчиняющихся Давиду?

Взволнованно смотрю на мужа, но он абсолютно спокоен. Наклонившись, быстро целует меня в губы.

— Не переживай. Не убьет же он меня, — шепчет и усмехается.

Я бы не была в этом так уверена.

— Я бы хотела присутствовать при вашем разговоре, — цепляюсь за ладонь Райнхольда, но в ответ слышу единогласное:

— Нет.

Герцог аккуратно выпутывает из моих пальцев свою руку.

— Я скоро вернусь, не скучай, — легко ему говорить.

Беспомощно смотрю вслед мужчинам.

Герцог Райнхольд Микаель Линден

Меня совершенно не удивило негодование короля, как и его вызов на разговор. Я понял, что Алю в семье правителя Флэмена считают кем-то вроде младшей несмышленой сестры, которую надо постоянно подталкивать в нужном направлении. Именно так появились в её жизни все эти занятия музыкой и этикетом, герцог Родригес — давний друг Давида, вернисаж, в котором она выставляла свои работы.

Удивляло другое. Вчера, во время бала, супруги никак не отреагировали на мое появление и наше общение с Алей. Словно они знали, что я приеду на бал и были совершенно не против.

— Рассказывайте, герцог, — властно приказывает король, усаживаясь в кресло.

— Что именно вас интересует? — тяну время, чтобы мысленно прикинуть, как много подробностей стоит раскрыть перед ним.

— Все. Я не верю в то, что обмен магией и ваши с Альбертиной брачные узы случились спонтанно. У любого события есть катализатор.

— На все воля богов, — парирую я. — Разве нужны какие-то причины, если боги отчего-то решили вмешаться в судьбы смертных?

— Райнхольд, — король впервые обращается ко мне по имени, — вы прекрасно знаете, что я не могу помешать вам, как законному мужу, забрать Альбертину с собой. Но я хочу быть уверен в том, что она будет в безопасности и счастлива. Ваш брачный союз, мягко говоря, вызывает сомнения. Я поддался на уговоры жены, прислав вам приглашение на бал в честь дня Миросотворения. Но я не ожидал, что эта затея закончится именно таким образом.

— Так это вы настояли, чтобы именно я прибыл на бал в качестве представителя Рэгнолда? — удивленно поднимаю брови. — Я посчитал, что это решение его величества Рига.

— Кейти рассказала мне о ваших с Алей зарождающихся отношениях и о том, что сестра грустит из-за вашего отъезда. Я счел возможным послать приглашение на имя его величества и сопроводил его настоятельной просьбой о вашем присутствии.

Зря я думал, что король пытается избавиться от меня, чтобы замести следы преступления. Он не мог отказать в просьбе правителю Флэмена, именно поэтому отослал меня на этот бал. Моя версия об участии королевской семьи в преступлениях рушится.

— Теперь я понимаю, почему вы не высказали никаких претензий, заметив наше с Алей общение на балу.

— Общение, герцог. Не брак.

— Так уж случилось, — развожу руками и решаю, что стоит рассказать немного правды. — Дело в том, что мы с Алей были знакомы раньше и прошли обряд наречения в Рэгнолде.

— Это невозможно, — отрезает король. — На решение Хольмгеру дается четырнадцать суток, насколько мне известно. В те дни Альбертина не покидала королевский дворец. Писала картины, готовилась к вернисажу.

— И да, и нет, — подбираю слова, чтобы коротко объяснить сложившуюся ситуацию. — Дело здесь опять же во вмешательстве богов. Хельма несколько изменила реальности, отбросив нас с Алей назад во времени, лишив памяти. Но богине смерти не удалось повлиять на связь, образовавшуюся во время обряда наречения. Я и сам не до конца могу понять, как так получилось. Но наш брак получил благословение именно в тот день, в который и должен был.

Король смотрит на меня, словно на умалишенного. Видимо, ждёт, что сейчас я скажу, что все это — просто шутка. Но я молчу, позволяя вникнуть в смысл моих слов, обдумать их.