Взволнованно вздыхаю. Я же не рассказала Райнхольду о той пещере и странном алтаре, которые видела перед тем, как попасть за грань.

— Есть описание камня? Какой он? — спрашиваю, воскресая в голове образ камня, покоящегося в самом центре алтаря.

— В предании указано, что это камень Хельмы — шерл. Обладает насыщенным черным цветом, гладкой глянцевой поверхностью. Вот и все описание.

— Кажется, я видела нечто подобное, — признаюсь я. — Когда я дотронулась до него, на нем появились какие-то символы.

— Где?

— В тот день, перед вмешательством Хельмы в наши судьбы, я бродила по коридорам управления в поисках выхода, но не могла найти его. Тогда я толкнула какую-то дверь, и меня словно затянуло внутрь. Я провалилась в пустоту, поранившись о какой-то выступ, и потеряла сознание, а когда очнулась, оказалась в пещере, находящейся где-то на юге. Там был алтарь, в его центре лежал вот такой вот черный камень, — быстро рассказываю я. — Потом я услышала голос и вновь потеряла сознание, кажется, от удара.

— То есть кто-то намеренно отправил тебя за грань смертельного круга, испугавшись того, что ты успела увидеть, — резюмирует Райнхольд. — Попробуй вспомнить, голос был мужской или женский?

— Мужской, — уверенно отвечаю я. — Интересно, что он показался мне знакомым. Словно я уже слышала его за время пребывания в Рэгнолде.

— Это действительно интересно, — хмурится Райнхольд, а я впервые не могу сдержать свой порыв и пальцем провожу по складке между бровей, возникающей на его лице всякий раз, когда герцог о чем-то задумывается.

— У тебя появятся морщины, — поясняю я свое действие, немного разряжая нелепой фразой напряженную атмосферу, витающую в комнате.

— Сейчас именно это волнует тебя больше всего? — с иронией в голосе спрашивает Райнхольд.

— Да, — пожимаю плечами. — Зачем мне раньше времени морщинистый муж.

Неожиданно для меня Райнхольд смеется. Замираю от восторга, впервые слыша его густой бархатный смех, от звуков которого на моей коже появляется россыпь мурашек.

— Ты неподражаема, — качает головой муж.

Раздается необычный тихий звук, похожий на перезвон колокольчика, и Райнхольд протягивает руку к прикроватной тумбе, беря в руки плоский зеленый прямоугольник, в котором узнаю артефакт связи. Аналог местного мобильника, работающий с помощью магически заряженных кристаллов сорделита. На самых мощных, насколько знаю, даже есть возможность своеобразной видеосвязи.

— Слушаю, — говорит муж, нажимая на центральный камень янтарного цвета.

— Тень доложила, что его величество направляется в управление тайной полиции, — разносится по комнате голос Клауса. — Королева не выходила из управления со вчерашнего вечера, связь с тенью, приставленной к ней, пропала. Принц Йоран развлекается в компании девицы легкого поведения.

— Спасибо, Клаус, — отрывисто бросает Райнхольд. — Пусть продолжают наблюдение, я вернусь через пару часов.

— Ожидаем.

— Драуг, — мужчина отбрасывает в сторону артефакт и потирает лицо руками. — Я должен срочно вернуться в Рэгнолд.

Он быстро находит на полу разбросанные вчера вещи и натягивает брюки.

— Что случилось? Кто такие тени? Почему они следят за королевской семьей? — забрасываю мужа вопросами, выбираясь из под одеяла и направляясь к гардеробной. — Я с тобой.

— Аля, нет, — Райнхольд хватает меня за запястье, когда я прохожу мимо него и притягивает к себе. — Это может быть опасно.

— Меня преследует сама тьма, которая вот-вот доберется до своей цели. Считаешь, что есть что-то более опасное? — усмехаюсь я, проводя ладонью по его обнаженной груди и только теперь замечаю узор.

— Брачная вязь, — ахаю, пальцами скользя по красивому переплетению, начинающемуся на шее за ухом, спускающемуся к ключицам. — У меня тоже такая?

Откидываю волосы за спину, обнажая шею.

— Тоже такая, — муж нежно очерчивает мою шею с левой стороны. — Не меняй тему. Лучше тебе пока остаться во Флэмене. Здесь ты под надежной защитой королевской семьи.

Отступаю, складывая руки на груди.

— Нет.

Райнхольд нервно сглатывает, фокусируя взгляд на моем все еще нагом теле.

— Ты не могла бы одеться?

— А тебя что-то смущает? — мягко расправляю плечи, ощущая горящий взгляд мужа, от которого по телу проходит волна жара, а соски твердеют.

— Я не могу спорить с тобой, пока ты обнажена, — с явным трудом Райнхольд поднимает глаза к моему лицу.