– Уж не могу сказать, из-за чего пустоты возникают, но по крайней мере мы знаем, что заболевание можно как-то купировать и удерживать в зачаточном состоянии. – Тимашев перевернул одну из страниц истории болезни. – Кстати, я пробовал комбинировать препараты, но как будто высокоградусный алкоголь был буквально создан для того, чтобы купировать это заболевание… Кто бы мог подумать?

– В итоге лечим бухлом и спокойствием?

– И мощным самообманом. – Он мне переслал ещё какой-то файл. – Дело в том, что Колбов понятия не имеет, что в его жизни что-то не так. Он уверен, что это действительно приходит сосед. На вопрос, были ли у него когда-нибудь галлюцинации, он отвечает твёрдое – нет. А тем временем, если верить результатам прогона через пулю, - Андрей переслал мне результаты прогона. – то он, судя по метрике Бергера, тот ещё иллюзионист. – Тимашев хихикнул. – Если вы понимаете о чём я.

– О, да. – Я какое-то время изучал графики. – Так, я тут обратил внимание на метрику Хирша, у него шизофрения?

– С высокой долей вероятности. Пока не активная фаза. Но определённые проявления есть, например, он иногда разговаривает с умершими. Если верить его собственным показаниям, прадед Колбова занимался каким-то оккультизмом и успешно призывал демонов из преисподней.

– Наследственное, передалось через поколение.

– Да. И как мы видим, даже в лёгкой форме, оно помогает справляться с недугом. Косвенно… Я ещё не установил прямую связь. К сожалению, не могу гонять его в «пуле» по два раза в сутки, как мне хотелось бы.

После этого Андрей расстроенно вздохнул. Он действительно болел за жизнь этого мужика, и выкладывался по полной в исследование болезни. В этот момент я стал спокойнее, уважаю людей неравнодушных, в том числе и потому, что сам частенько страдаю излишним пофигизмом. Не люблю в себе эту черту, но ничего не могу с ней поделать.

– То есть у нас на руках гипотетическое решение: алкоголь, самообман, и пониженная мозговая активность?

– Или просто правильная калибровка дефективных протоколов через пулю! Всё-таки, то, что я делал в рамках исследований не обязательно должно лечь в основу лечения. Мы же не будем кормить алкогольное лобби страны! И без того сердечников хватает, до сих пор не оправились от вымирания двадцатых и тридцатых годов. Вы видели статистику по сердечно-сосудистым того времени? У меня аж сердце в пятки уходит каждый раз…

– Да, я наслышан, ознакомился в своё время.

– Я уже перестал чему-либо удивляться в этой жизни, чего и вам советую. Есть задача, мы её решаем. – Он громка кашлянул.
– Лучше, чем без дела сидеть, верно?

Андрей улыбнулся, похлопал меня по плечу и ушёл, сказав, что ему нужно дальше работать. А я остался стоять на месте, раздумывая о том, что сейчас увидел и услышал.

* * * * *

– Знаешь, Гриш, я решил завязать со всем этим дерьмом.

– Хочешь уехать из Елльска?

– Смеёшься? Здесь лучшее место на Земле. Особенно когда эту Сферу наконец отключат и разберут, всё зацветёт и запахнет. Нет, я про траву и прочее…

– Пф-ф, опять чушь городишь. Как такое вообще отключат? Сколько денег вбухано!

Его слова про траву я демонстративно пропустил мимо ушей. Юрец жадно хлебал минералку из пластиковой бутылки, что аж слышался треск сминаемой под давлением тары.

– Отключат, отключат. Помяни моё слово.

– Юр, это градообразующее предприятие. Исчезает предприятие – исчезает город. А ты жить здесь собрался.

– Свято место пусто не бывает. Я тебе не просто так говорю, что это точка притяжения, здесь пересекается огромное количество силовых течений. Оно начало чувствоваться совсем недавно… Но теперь я от этого чувства отделаться не могу. Кстати, поэтому люди выбрасывают зеркала. Даже банальное отражение этой реальности создаёт такие вибрации, которые сводят с ума. Что уж говорить о том, когда люди пытаются проникнуть в саму суть реальности… Всё изменится, вот увидишь.

Я смотрел на мелькающие деревья, которые мы проезжали мимо.

– Здесь всегда была берёзовая роща? Почему я её никогда не видел. Мне казалось, что здесь должны быть сосны и ели…

– Нет, не всегда. Я же говорю, всё изменилось.

– В какой момент всё изменилось?

– Вот когда подвезли дополнительные модули, тогда всё и началось.

Я задумался. Какое-то время мы ехали в тишине, потом я обратил внимание ещё на один участок лес, и несмотря на то, что мы спешили, попросил Влада остановить машину.

– Влад, зацени.

Он вытянул шею и посмотрел в ту сторону, куда я показывал.

– Это пальма?!

Влад молча кивнул. Среди берёз, сосен, елей и дубов, возвышалась длинная и тонкая как шпала пальма. По внешнему виду напоминала киндийокскую восковую пальму или, прощу говоря, королевскую. Высота дерева на глаз превышала пятьдесят метров. Рядом стоящие сосны даже не могли с ней соревноваться.

– Да, брат, это пальма. – Влад хмыкнул. – А ты мне не верил, ха! Вот тебе живые доказательства.

– Не может быть, чтобы я никогда не обращал внимания на эту пальму… Я же здесь проезжал тысячу раз.