— Я не устал! — горячо возразил Рохан. Он и впрямь чувствовал себя лучше, чем в начале разговора.

— И мне надо отдохнуть немного! — продолжал Джибс. — Обещаю тебе, сынок, что займусь твоей девушкой, и кое-кто очень огорчится, если сделает ей плохо! — Сквозь добродушную улыбку проступило нечто, показывающее, что эти слова — не пустая угроза. — Завтра днем я приду к тебе, сынок, а ты подумай, что еще захочешь мне рассказать!

И, ласково коснувшись пальцами щеки Рохана, Джибс покинул палату.

Вернулся он в два часа пополудни, как показали часы, расположенные над дверью.

К этому времени Рохана дважды покормили, вымыли и сменили повязку на голове. Чувствовал он себя неплохо, но при любом усилии в висках начинало стучать, а попытки подняться вызывали приступ головокружения. Зато ничего не болело. Хотя это, возможно, было результатом действия болеутоляющего.

«Санта-Клаус» пришел без подарков.

— В отель твоя девушка не вернулась! — сказал он. — Впрочем, иного я и не ожидал, раз ее нет здесь, у твоей постели. Я говорил с полицией. Но эти ублюдки изо всех сил стараются сделать из нападения на тебя случайный инцидент!

— А это не так? — спросил Рохан.

— Уверен! Слишком тщательно подготовлено! Будет неплохо, — он устремил на Рохана взгляд своих цепких, утонувших в паутине морщинок глаз, — если ты расскажешь мне все!

— Все? — переспросил Рохан.

— Абсолютно! Иначе я не смогу разобраться в деле раньше, чем те, кто пытался тебя убить, разберутся со мной. Или — с Флоренс!

— Я расскажу! — поспешно согласился Рохан.

И Дин Джибс узнал, для чего молодой человек приехал в Африку. Но не подал виду, что судьба Сэллери Дейна интересует его не меньше, чем судьба Флоренс.

Вошла медицинская сестра, чтобы сделать Рохану укол. Когда она удалилась, Джибс произнес:

— Не удивительно, что тебя едва не прикончили! И, думаю, похищение твоей девушки — не основная цель! Зато радует, что если ты и стал поперек дороги здешним вождям, то не Президенту, а скорее всего — оппозиции. Хотя одному Богу известно, какое отношение может иметь Сэллери Дейн к Еджаву Вулбари. Но будь нападение на тебя делом рук правительства — ни у тебя, ни у Фло, я полагаю, не было бы шансов когда-нибудь вернуться домой!

— Вы считаете, что есть надежда? — осторожно спросил Рохан.

Пока он был в таком состоянии, ему оставалось только полагаться на «Санта-Клауса».

— Есть. Будь мы в ЮАР, а не в этой чертовой мясорубке, я мог бы твердо сказать, что найду Флоренс. Но и здесь… Есть кое-какие возможности! А теперь, с твоего позволения, я хочу заняться делом.

— Вам могут потребоваться деньги… — сказал Рохан. — Запишите номер моего счета, а я распоряжусь, чтобы вам дали право пользоваться им без ограничения. Не стесняйтесь!

— Хорошо, — согласился Джибс. — Для начала я найму детектива и посажу его под твоей дверью, чтобы никому не пришло в голову доделать начатое! Поправляйся, сынок, я скоро вернусь!

Однако прошел день, а Джибс так и не появился.

На следующее утро Рохан окреп настолько, что сумел встать. А к вечеру более-менее свободно передвигался по палате. Он вчера передал Джибсу свою кредитку, сообщил ему код, а сейчас упорно боролся с искушением позвонить отцу. Еще Рохан выяснил, что покинуть свою палату не может. У дверей снаружи дежурил здоровенный полицейский, без всяких объяснений пресекший попытку выйти в коридор. Рохан не чувствовал в себе достаточных сил, чтобы настаивать.

Принесли ужин. Сделали еще один укол и опять поменяли повязку на голове. Ни медицинская сестра, ни врач не выразили желания поговорить. Рохан узнал только, что рана его заживает очень быстро (он не удивился: с детства на нем все заживало, как на собаке) и, может быть, завтра снимут швы.

Один полицейский за дверью сменил другого. Такой же необщительный. Рохан не был отрезан от внешнего мира. На тумбе рядом с кроватью стоял телефонный аппарат. Молодой человек мог позвонить куда угодно. Вот только — кому, кроме отца он может позвонить в нынешней ситуации? А как раз отцу звонить и не хотелось.

Джибс появился на следующее утро. И не один, а в обществе высоченного негра в выгоревших шортах и безрукавке, которую стоило бы постирать.

Полицейский с достоинством козырнул.

— Рад тебя видеть в хорошей форме, мальчик! — с порога заявил Джибс.

— Не знал, что вы отдаете приказания местной полиции, сэр! — язвительно произнес Рохан вместо приветствия.

— Дин! Зови меня — Дин, мой мальчик! Нет, ты не прав! Я нанял его охранять твою персону! В этом гадюшнике никто не сделает это лучше полицейского! Разве что — военный полицейский, но там у меня меньше связей! Познакомься: Тарарафе, мой друг!